Чемодан с секретами

Ей не так давно исполнился 31 год, а она по-прежнему не потеряла того задора и страсти, говоря подобные речи. Генри краснел и злился. Давно его таким никто не видел.

– Зачем ты при Марвине говоришь о том, что у меня есть грехи, а?

– Он и так всё знает, у него есть доступ к секретам. Ведь так, Марвин?

Молодой человек отрицательно мотнул головой и сказал:

– Я никогда не смотрю чужие секреты.

– Молодец, Марвин, а ты, – Генри указал на Бетти, – ещё раз выдашь мой или чей-либо секрет – полетишь вслед за Доусоном, понятно?

– Да, шеф.

– Все свободны. И то, что здесь было, останется, между нами. С понедельника жду вас в новом кабинете и с боевым настроем.

Марвин и Бетти вышли в коридор и направились к лифту.

– Послушай, Марвин, прости, что тебе пришлось всё это выслушивать. Наверное, только тебя напугала и расстроила.

– Нет, Бетти, всё в порядке. Только обидно, что теперь придётся работать не пятнадцать минут, а 8 часов.

– Но ведь было время, когда ты вкалывал по 10 часов в день без выходных. Я помню тот день, когда принимала тебя на работу и смотрела твои предыдущие места работы. Кажется, ты работал в юридической конторе где-то в Канзасе и мечтал стать адвокатом.

– Да, было дело, но потом подумал, что я там пашу за троих и непонятно ради чего, – лифт прибыл, Марвин вошёл в лифт первым, а потом уже Бетти. Марвин не пропустил Бетти не из-за дурного тона. Девушка сама однажды накричала на Марвина, что тому нужно учить историю.

В давние времена мужчины первыми входили в лифт, чтобы проверить его на прочность, поэтому ещё век назад дурным тоном считалось то, что женщина входила первой. Марвин навсегда запомнил этот урок, но только по отношению к Бетти. – Знаете, Бетти, мне хотелось стать адвокатом, но как подумал, что пришлось бы защищать всяких отморозков, то сразу и желание отпало.

– Понимаю тебя, но ведь это была твоя мечта: какая разница, что придётся делать?

– Я не верю в Бога, но мне кажется, что защищать убийц, воров и других – это не благое дело.

Есть те, кого сажают незаслуженно, но обычно за них берётся какой-нибудь государственный адвокат. Так всегда: убийцы получают дорогую и крепкую защиту, а те, кто невиновны, думают, что им нечего бояться и их оправдают – сильное заблуждение.

Лифт приехал на первый этаж очень некстати.