Пластун

Успевший перезарядить пищаль Никита снял одного из офицеров – тот, кувыркаясь, слетел с борта в воду. Запорожцы ворвались на палубу и там завязалась яркая сеча. Огромная фигура Покотилы уже мелькала на корме судна, его кривой турецкий ятаган безжалостно молотил по железным панцирям итальянцев. А сечевики всё лезли и лезли на корабль, уже отошедший на несколько метров от берега. Последние из нападающих просто прыгали на борт судна, хватаясь, за что попало. Многие срывались и падали в воду. Но отплёвываясь и матерясь, цеплялись за свисающие швартовые канаты и схватив сабли зубами, упрямо карабкались наверх.

– Всё, дело сделано! Петро теперича своего не упустит! – Славко поднялся из-за бочки и удовлетворённо погладил длинные чёрные усы.

Пан куренной, а мы же как?! Хлопцы прямо землю роют! – бунчужный Кулага, начальник сердюков, жадно глядел на атамана.

Успокойся, Остап! Это не наше дело! И так много времени потеряли из-за сего балбеса Покотилы! Гетман может тырлей навешать. – Славко вложил саблю в ножны, продолжа.

Недовольно ворча, сердюки тоже поопускали оружие. Курень вновь начал строиться по-боевому: впереди стрелки-пищальники, за ними копейщики и потом сердюки и лучники.

Иван, которому не терпелось опробовать в настоящей сече свой индийский кинжал, разочарованно сунул его в ножны.

А хорошо держались фряги! Доброго перца дали хлопцам Покотолы! – одобрительно произнёс Славко, ни к кому конкретно не обращаясь. – Вообще не похож корабль сей на обычное судно гостей заморских.

Иван тоже внимательно рассматривал венецианский корабль. Действительно большой – раза в два крупнее обычных купеческих венецианских и генуэзских судов, которых юноша перевидал достаточно в порту Кафы. Красиво разукрашенные надстройки на носу и корме корабля вздымались высоко над причалом. Ветер трепетал на флагштоке большое знамя с изображением вставшего на дыбы золотого крылатого льва.

Сердюки, Покотилы мельтешили на корабле, добивая последних из венецианцев, кто ещё сопротивлялся. Многие матросы, побросав оружие, ставали на колени, умоляя о пощаде.

– Ладно, пидемо далее, джура! – куренной атаман хлопнул парня по плечу.

Глава 19

Курень двинулся дальше в город. Мимо крепости казакам тоже пришлось продвигаться перебежками, пригибаясь и укрываясь, за чем придётся.