90 миль до рая

Свою временную победу над Лански и другими нью-йоркскими семьями он готов был обменять на долгосрочное перемирие с условием предоставления ему равных возможностей отмывать барыши на острове борделей и казино.

Согласие на переворот во главе с "карманным сержантом Лански" Фульхенсио Батистой Джановезе дал только в 1952 году после удавшегося покушения на Альберта Анастазиа и слова Джо Бонано, заверившего, что ни Лански, ни кто-нибудь другой не станут препятствовать гостиничному и игорному бизнесу Вито в Гаване, а также посягать на жизнь его кубинского "друга" Прио Сокарраса.

При этом, зная приоритеты организации Джановезе, было заявлено, что торговлю наркотиками семья Бонано приветствовать не будет: "Расслабиться ведь можно и без этого дерьма, когда вокруг столько телок и рома."

Свергнутый "легитимный" президент, хоть и приобретший устойчивый имидж вора, мог пригодиться на случай, если диктатор начнет зарываться. Таким образом Вито убедил глав других семей, что живой Прио нужен и им.

На том и сошлись.

При Батисте Вито построил отель с казино в Гаване. Шли годы, и диктатор его не раздражал, а значит, Сокарраса можно было со временим скормить кровожадному Фульхенсио и коллегам по мафии. Брось кость собаке, и она забудет об утиной грудке.

Надобность Сокарраса для Вито отпала еще и потому, что конкуренты не противились его прямым, без их посредничества, контактам с Фульхенсио. Этот пройдоха оказался хорошим малым. Места под солнцем хватало всем. Куба была золотым дном, с каждым годом преображающимся в настоящее Эльдорадо.

Диктатура Батисты устраивала всех, у кого водились деньги.

Ставка на него была сделана неслучайно. В отличие от либерала-вора Сокарраса "злобный метис" мог обеспечить сохранность американских вложений, подавить любое инакомыслие и расправиться с опозицией в зародыше. Для этих целей в его распоряжении была вооруженная на деньги мафии сорокатысячная армия.

Кто тогда, в 1947 году, на карнавале, официальным поводом для которого стало создание Комитета американо-кубинской дружбы, мог подумать, что жизнь следующего, впоследствие низложенного президента Кубы аристократа Прио Сокарраса будет спасена во многом благодаря революции, и что в многотысячной толпе зевак стоит высоченный брюнет-крепыш с правильными чертами лица и пылким кареглазым взором, которому будет суждено возглавить эту революцию.

Глядя на шабаш, устроенный гангстерами и олигархами, парень с ненавистью проронил:

– Янки сейчас вытрут ботинки о наш флаг.