90 миль до рая

– Неужели вы слепы!? Они же не скрывают пренебрежения к этому ничтожному паяцу! – во весь голос продекларировал он, чем жутко напугал стоящих рядом людей. Они шарахнулись от него, словно от прокаженного, и рассыпались по сторонам.

Спустя мгновение рядом уже никого не было. Окружающие глазели на разговорчивого здоровяка с почтительного расстояния, не желая ни ввязываться в дискуссию с безрассудным юношей, ни, тем более, вызывать полицию, наводнившую в этот день набережную Эль Малекон.

Однако любопытство – это уже не равнодушие.

Вдруг "исполин" почувствовал легкое прикосновение нежной девичьей ладони. Его тянула за руку прекрасная блондинка, похожая на доброго, но очень хрупкого ангела. Она влекла его за собой подальше от опешивших зрителей.

– Зачем ты подвергаешь себя такому риску? – спросила она, когда увела оратора от народного скопления на приличную дистанцию.

– А тебе приятно смотреть, как кубинцев превращают в людей второго сорта только потому, что мы беднее! – пламенно произнес молодой красавец.

– Не похоже, что ты беден. Я встречала юношей победнее тебя, – оценила девушка его одежду и обувь.

– Я сын латифундиста, но это ничего не меняет. Всю нашу землю скоро за бесценок скупят янки. А тех, кто будет отказываться им ее продавать, они будут в ней закапывать.

– Сын латифундиста? – переспросила юная красотка.

– Да, я сын дона Анхеля Кастро и Лины Рус Гонсалес. Меня зовут Фидель Алехандро, а тебя?

– Я Мирта Диас Балларт, – представилась девушка, – Но если ты – сын латифундиста, то возможно и твоя семья получила приглашение на благотворительтный бал, который устраивает президент Сан-Мартин в отеле "Националь" в честь американских друзей Кубы.

– Друзей Кубы? – Фидель нахмурил густые брови и зашипел словно кобра, – У Кубы только два друга – честь и достоинство. И поверь мне, демагог, лижущий ботинки "гринго", будь он хоть трижды профессор, не сможет долго обманывать народ.

Наш президент всего лишь кукла из папье-маше, которую вот-вот скинут с запястья и поменяют на новую. Истинные кукловоды обучат новую куклу нескольким вещам – громче гавкать на собственный народ, с улыбкой кланяться хозяевам и нещадно расправляться с теми, кто покушается на их собственность.

– Ты всегда был таким злым? Или только, когда увидел холеных "гринго", одетых лучше тебя? – прервала его речь Мирта.