Черный всадник

Вы пройдете от Корсуня до Днестра, Збруча, Случи и Ирпеня, разведаете, что там делается, как живет народ, покажете ему, что мы про него не забыли, поднимете его, сообща разгромите небольшие татарские и турецкие заставы, где встретите… А весной возвратитесь в Сечь!

– Понимаем, батько, – закивали головами запорожцы.

– Ну а коль понимаете, то счастливого вам пути!

Все вышли, кроме Палия, Звенигоры, Воинова и Спыхальского, которым кошевой велел остаться.

Сирко прошелся по комнате, потом остановился перед Палием, положил ему руку на плечо.

– Ты, должно быть, удивлен, казак, что сразу после крестин атаманом стал?

– Удивлен, батько.

– Привыкай… Правду говоря, я хотел назначить Арсена, но он нарассказал про тебя столько, что хоть кошевым сразу выбирай!

– Он, видимо, преувеличил, батько.

– Вот я и хочу сам убедиться, то ли ты и вправду орел, то ли лишь похож на него… Ну, ну, не обижайся, я пошутил… Атаманом действительно должен был быть Арсен, но, очевидно, в этом походе у него будет много других забот.

Поэтому, зная про вашу дружбу и про ту славу, которую ты так быстро приобрел в Сечи, – кошевой усмехнулся, а за ним улыбнулся и Палий, – я и назначил тебя полковником.

– Благодарствую, батько.

Сирко помолчал некоторое время, думая о чем-то своем, сокровенном. Затем разогнал на лбу глубокие складки и сказал:

– Друзья, вашему отряду будет особое задание… После того как освободите семью Арсена, вы проберетесь в Немиров, резиденцию Юрася Хмельницкого.

Я долго был винницким полковником и хорошо знаю те места. Там есть где укрыться, один Краковецкий лес может принять под защиту во сто раз больше людей, чем у вас… Если вам посчастливится, выведаете важные секреты турок, нужные не только Сечи, но и Батурину, и Москве. Вы понимаете, о чем я говорю. Война не закончена. Не исключено, что этим летом она разгорится снова. Потому нам и интересно было бы знать, куда ударит Кара-Мустафа и какими силами… После этого вы пойдете на Ирпень, разведаете, что делается на Полесье…

– Слишком трудное задание, – задумчиво произнес Палий.

 – Не представляю, как мы сможем выполнить его.

– Об этом позаботится Арсен, – улыбнулся доброй улыбкой Сирко. – Ему не привыкать…

– Все, что смогу, сделаю, батько, – твердо сказал Арсен. – Бывало и потяжелее…

– Я полагаюсь на твою сообразительность и твою удачу, голубчик, – тихо проговорил кошевой.