И снова он. Детективы

– А вопрос у меня к тебе такой, Семен Семенович: не предлагал ли тебе кто на днях золотишко в виде ювелирных изделий, которыми никому и попользоваться не довелось? – Спросил Геннадий Львович.

– А! Это вы про ювелирку? – Воспрял духом Сенька. – Слыхал! Только Сенька Мухомор не такой глупый парень, чтобы дорожку себе на кичу самому мостить! Пока повременю от отдыха на шконке. Не буду скрывать от товарища майора, – Сенька сделал особое ударение на слове «товарища», – что иногда творю свою работу из материала заказчика.

Только за то нет уголовного наказания. Все эти работы добросовестно учтены в журнале, а потому, полученные за них, деньги сдаются в кассу, как и положено. Может, в благодарность за мой ювелирный труд, кто-то и наградит какими рубликами. Так, то тоже не криминал.

– Выходит, все у тебя чисто да гладко? – Поинтересовался в ответ Геннадий Львович, или старший оперуполномоченный уголовного розыска городского отдела милиции капитан милиции Толкунов.

– Можно и так сказать! – Уверенно заявил Сенька.

– Тогда слушай меня внимательно, дорогой друг уголовного розыска! Знаю я, что кореши твои, из урок, не потеряли с тобой добрых отношений и потому, кто-то из них явится к тебе с предложением приобрести «товар». Или порекомендуют кого. Мне бы очень хотелось, чтобы такие новости не прошли мимо моих ушей. Потому и пришел предупредить тебя, дорогой Сеня, коли утаишь от меня что-то, то я обязательно тебя в подельники пририсую.

Ты меня знаешь!

– Еще бы не знать, когда через вас свою ходку схлопотал. Не тянет на повторный рейс. Коли что-то прозвонят, то вы будете вторым после меня, кто эту новость поймал. Обещаю!

– Вот и договорились. За добрую информацию будет тебе Сеня отсрочка от встречи с хозяином. Тоже обещаю! Как меня найти срочно, ты знаешь. Пошел я. Дел много.

И капитан Толкунов покинул заведение Мухомора.

*****

В домике бакенщика, что расположился на берегу реки, мысом выступающем в делающее поворот течение, горела керосиновая «линейка» освещая два небольших оконца желтым, слегка колеблющимся светом.

В нескольких шагах от домика стояли две лодки, наполовину вытащенные из воды на прибрежный песок. Одна из них была оснащена мотором. Недалеко от лодок парил в воздух запахом ухи котелок, подвешенный над догоравшим костром на рогатинах. Рядом с костром стоял сам бакенщик, помешивая поварешкой уху.