Князь Кий

Лёгкий ночной ветерок доносил сладковатый запах баранины и конины, варившихся в казанах.

Отрок выждал некоторое время и вновь скрылся в траве. Пригнувшись, начал пробираться от одной груды тел к другой, где побеждённые лежали вместе с победителями. Часто останавливался, заглядывал в искажённые болью и смертью лица, но, не найдя того, кого искал, полз дальше.

Много времени ушло у него на эти поиски. Прокрадывался то в одну сторону, то в другую. Луна, казалось, хотела помочь ему – поднимаясь выше, светила всё ярче.

Но отрок в отчаянии то и дело вздымал к небу руки – куда бы ни взглянул, нет кого он ищет! Нет и нет…

Наконец, утомившись и потеряв надежду, присел на землю и охватил голову горячими ладонями.

Сидел долго, не зная, что предпринять. Не может же он переворачивать лицом вверх всех убитых, ведь их здесь сотни, а то и тысячи.

Вдруг его слух уловил тихий стон. Такой тихий, что мог быть заглушен другими, если бы не показался очень знакомым. Сердце пронзили радость и надежда.

Отрок быстро вскочил и, забыв о вражеских дозорных, от которых следовало таиться, побежал к большой груде мёртвых тел, откуда донёсся стон. Быстро растащил убитых, лежащих сверху, и увидел пожилого воина в окровавленной рубахе.

– Отче! Князь! Ты! – воскликнул радостно. – Живой?.. Слава Даждьбогу и Перуну! Слава Купале и Велесу, и всем богам – живой!.. Жив князь уличей[5 - До сих пор не выяснено происхождение племенного названия уличей. Есть сведения, что когда-то они жили между Дунаем и Днестром – в местности, издавна называемой Углом (Кутом).

Значительно позже турки назвали её Буджаком, что тоже означало – кут, угол. Может, отсюда и происходит этноним «уличи», образовавшийся из первоначального – «угличи»?] – Добромир! Жив отец мой!

– Боривой, сынок, помоги мне подняться…

Отрок помог отцу сесть и только теперь заметил с ужасом, что тот изнемогает от ран: левая нога выше колена пронзена копьём, а в груди торчит гуннская стрела.

– Погоди, отче! Я позову наших на помощь! – И Боривой, приложив ко рту ладони, издал крик дикой утки.

В ответ тут же послышалось:

– Кря, кря, кря…

– Идут… Дубок, Горицвет и Всеслав, – пояснил он отцу. – А с конями остались мать и Цветанка. Вот и все, кто остался вживе. Братья мои, княжичи Богомил и Гордомысл, погибли… Горицвет видел, как гунны посекли их саблями… Стрый[6 - Стрый – дядька по отцу.] Пирогаст и вуйко[7 - Вуй, вуйко – дядька по матери.