Посол Урус-Шайтана

Нет, лучше б сразу погибнуть, чем мучиться на их каторге гребцом или подыхать рабом на каменоломнях Египта!

– Не каркай, друже, не накликай беду, она сама нас найдет.

Дончак угрюмо улыбнулся.

– Э-э, видать, кто-то раньше накаркал. Какая еще беда может быть горше? – Он приподнял свои связанные руки. – Нет ничего хуже татарской или турецкой неволи!

– Всякая неволя одна другой злее, чтоб ее век не видать! – сказал Арсен и добавил: – Гляди, купец сюда направляется… Заприметил, старый коршун, где добычей пахнет!

К ним приближался богато одетый толстый турок в тюрбане.

За ним степенно выступали два дюжих телохранителя.

Хозяин донского казака и мурза Али стали издали кланяться богатому покупателю, наперебой зазывать к себе.

– Ага, прошу сюда! – воскликнул Али. – У меня все невольники – как дубы! Каждый за двоих отработает! Отдам дешево! Вот пощупайте мускулы этого запорожца – они как из железа! Не обходи мой товар, высокочтимый ага, такого больше ни у кого в Кафе не найдешь!

– Посмотри, эфенди[23 - Эфе?нди (тур.

) – высокочтимый; титул гражданского чиновника.], на этого казака! – взывал сосед Али, указывая на полуголого дончака. Это дикий степной тур! Сила его неизмерима! Умеет ухаживать за лошадьми и домашней скотиной! На каторге будет грести за троих! Пожалеешь, если не купишь такого батыра!

Покупатель подошел к пленникам Али, начал ощупывать мускулы невольников, заглядывал в рот, будто коням. Телохранители отводили в сторону тех, кого облюбовал их хозяин.

Яцька забрали тоже.

Турок остановился перед Арсеном, вытер роскошным шелковым платком жирный выбритый затылок. Ему было лет сорок, но чрезмерная полнота старила его. Он прищурил припухшие веки и положил тяжелую руку на плечо казака.

Арсен нетерпеливым движением сбросил ее, как что-то мерзкое.

Турок вспыхнул от гнева. Вытаращив мутные глаза, готовые выскочить из глазниц, он сжал кулак и изо всей силы ударил невольника в лицо.

Ярость затуманила разум Арсена. Вне себя от гнева рванулся вперед, даже веревки затрещали. Покупатель отшатнулся, вскрикнул, но было поздно. Могучий удар в левую скулу свалил его на землю. Тюрбан турка слетел с головы и упал в пыль.

Все это произошло так неожиданно – даже для самого Арсена, – что на какой-то миг все остолбенели. Али побледнел и судорожно шарил у бока, ища рукоятку нагайки. Телохранители кинулись поднимать хозяина.