Шелковый шнурок

Неудержимый поток событий закружил его в своем вихре… Он очень обрадовался, когда однажды ночью его разбудил Сафар-бей:

– Асен-ага, вставай! Выходи во двор к колодцу. Я подожду тебя там. Надо поговорить…

Ночь была темная. С севера дул холодный порывистый ветер, изредка срывались крупные капли дождя, и тогда Арсен втягивал голову в плечи. Осторожно ступая, пристально всматривался в темноту.

Сафар-бей уже был на месте.

– Что случилось? – спросил Арсен. – Что-нибудь новое о Златке?

– Нет, все мои старания проникнуть к ней закончились неудачей, – тихо ответил Сафар-бей.

 – Похоже, мы не скоро увидим ее…

– Почему?

– Завтра мы оставляем Эйюб…

Арсен схватил Сафар-бея за руку. Понял, что речь идет о войне.

– Рассказывай!

– Сегодня я присутствовал при разговоре Кара-Мустафы с визирями и пашами… Зять султана, паша будский Ибрагим, в чьем подчинении пашалыки в Сербии и Восточной Венгрии, сообщил, что австрийский эрцгерцог Леопольд беспрерывно шлет гонцов в Польшу к Яну Собескому, пытаясь заручиться поддержкой поляков.

Но польские магнаты разделились на две партии – французскую и австрийскую. Последняя горой стоит за то, чтобы выступить на стороне Австрии в войне против Турции. Австрийскую партию поддерживает папа римский… А французская, во главе с королевой Марией-Казимирой, дочерью французского маркиза, против союза с Австрией. Говорят, в сейме споры доходят порою до рукопашных стычек и кровопролития.

– Это, конечно, на руку туркам, черт их забери! – выругался Арсен.

 – Пока магнаты в Варшаве будут таскать друг друга за чубы, Кара-Мустафа разгромит Австрию.

– Именно на это и рассчитывает великий визирь. И еще – на поддержку графа Имре Текели, который возглавил венгров в их борьбе за освобождение Венгрии от австрийского владычества. Если Текели пойдет на союз с турками, он, безусловно, сделает большую ошибку, бросив свою страну из одного рабства в другое, более страшное! Кара-Мустафа сразу же воспользуется поддержкой угорцев – нападет на Австрию до того, как она найдет себе союзников.

Он так и сказал: «Мы разобьем их поодиночке: сначала Австрию, потом – Ляхистан, и тогда пол-Европы окажется в моих объятиях!»

Сафар-бей почувствовал, как пальцы Арсена впились в его предплечье.

– Ненко, мы обязаны что-то делать! – горячо зашептал казак. – Если турки разгромят Австрию и Польшу, они повернут на север, нападут на Киев… Нужно скорее сообщить в Москву, гетману в Батурин, а также королю польскому в Варшаву.