Записки о том как построить ковчег

Либо ты вообще не понимаешь, что происходит, – говорил он. А я снова, как в первый раз смотрел на его изуродованный рот. Только теперь раны на нём были свежими. И выглядело это достаточно мерзко. Почему-то после его речи я успокоился. И теперь у меня не было страха от того, что он со мной рядом. Но дружественным его присутствие я не находил для себя. – Тебе понравился прыжок? – спросил с усмешкой он.

– Мы сможем отсюда выйти?

– Хм… Что-то в тебе начинает зарождаться разумное, – сказал он и замолчал. Затем он стал медленно уходить в сторону.

Я смотрел за ним внимательно. Он будто бы почувствовал мой взгляд. Повернулся и посмотрел на меня в ответ. А после нескольких шагов скрылся за огромный квадрат, воткнутый в землю. На секунду я испугался, что он мог оставить меня. Но тут же в это переживание врезался его голос. – Зачем тебе отсюда уходить? Посмотри вокруг, это всё твоё. Здесь нет никого больше, – сказал он, сидя на верхушке квадрата, свесив с его края ноги.

– Я хочу найти своего пса.

Он где-то там ждёт меня.

– Это твое искреннее желание?

– Да, – крикнул я ему.

– Я уже начал думать, что ты и вправду стал хотя бы что-то понимать, – сказал он. А затем спрыгнул с квадрата вниз, и вышло у него это довольно-таки ловко. – Скажи мне, ты сейчас говоришь в точности то, что думаешь или ты действительно ничего так и не понял? – сказал он и обошёл меня, встав за моей спиной. Я поднялся. И стал задумчиво смотреть в холодное бездушие этого места.

«Мир катонный, а сосули из воды.

Посмотри на него. Ты посмотри», – пропел он. Мне хотелось, чтобы он прочёл мои мысли. Тогда бы он понял, что во мне больше нет того сомнения, которое было когда-то. Буквально прожитую вечность назад. Воин обретает бесстрашие, когда понимает, что война и есть его жизнь. Это не смирение, а просветление.

– Так, если ты знаешь, что для меня нет другого выбора. Как идти дальше с тобой. Зачем ты создаешь во мне ощущение некой иллюзии, что выбор всё же есть? – сказал ему я. Он продолжал стоять у меня за спиной.

– А что плохого в иллюзиях? Они помогают понять, как могло бы быть по другому. Они могут стать настоящим или заменить прошлое, – сказал он. Я обернулся, чтобы посмотреть на него, но его там не было. Будто он просто исчез. А буквально через секунду он снова появился.

– Зачем ты это делаешь? – спросил я про его внезапные исчезновения.

– Это делаю не я. На такое способно только время, – сказал он своим обезображенным ртом.