Легенда о крыльях. Повесть

Видимо я так и оставался в душе колхозником и лошарой, ну и потихоньку становился этномузыкологом, о чём – и о том, и о другом – не жалею вовсе…

– Это, наверное, на уровне генов. Пьют, считай все, но не все спиваются, только какой-то процент…

– Может быть. Так вот, время шло, я уже на третьем курсе был, а женатики мои учиться закончили, но Витёк иногда в общагу забегал. И вот… Это осенью было, в ноябре, кажется… Прибегает Витёк с выпученными глазами: – «Пацаны, Ельцин приехал, в шесть часов на площади митинг!».

Ну, идти многие решили – им же перемен срочно надо… Я тоже пошёл, но, как к площади подходили, я отчего-то о-очень в толпу не захотел… Потом, говорили, что сто тысяч собралось… Так – на подходе остановился и смотрел… Люди мимо шли, и – страшно… Лица у всех одинаковые, как морды у коров в стаде. Я потом начал интересоваться и обнаружил, что слово «массы»… Помните? «Широкие массы трудящихся…» там, и всё такое, что относится к революционной риторике – это ведь всё довольно цинично и двусмысленно. Так вот, секретарь Сталина, Бажанов был такой… Так вот, он писал, что книга «Психология масс» была одной из настольных книг Ленина. Автор книги – Ле Бон, французский антрополог, социолог, и… в общем, там специальностей длинный список. Популярный на рубеже веков персонаж… А основной из идей книги, безусловно гениальных, было то, что всякое скопление людей является «массой», основной особенностью которой является утрата способности к самостоятельному мышлению, и даже вообще утрата личности. Для чьего блага это знание Ильич, как конечно большой учёный, использовал – это отдельный вопрос, но – согласитесь? По Ле Бону, основные свойства толпы – это анонимность, в том смысле, что безнаказанность, распространение мнения по принципу распространения заразы, внушаемость до такой степени, что толпу можно заставить видеть даже то, чего нет на самом деле и, что характерно, стремление немедленно претворить свои идеи в жизнь. Правда – здорово?

Можно было подумать, что у Николая в руках для нашего разговора заранее приготовлен конспект, но конспекта никакого не было.

Видимо, и вправду у него память от бабушки по наследству, подумал я с завистью и согласился, неожиданно для себя, изложив согласие в форме некого афоризма:

– Вообще, по итогам этих наших девяностых… или же событий у соседей… я думаю, что конец света – это и есть идеальная революция, методы которой сейчас совершенствуются до уровня банальной технологии.