Вона как. повести

Распаренные тела с удовольствием приняли свежесть растекающегося по земле аромата вечернего лесного воздуха. Я включил лампочку под козырьком навеса над входом. Пятно ярко света моментально отодвинуло наползшие тени и они, теперь уже не прячась, встали во весь рост на границе света.

– Сейчас нас девчата чайком со смородиновым листом побалуют. Жили же люди! – Я с удовольствием потер ладонью о ладонь. – Не дурак, видать, купец-то был, который это местечко облюбовал. Воздух – прямо пить хочется.

– Видно, что не дурак! Что это, интересно, с ним произошло? Вон, с какой боязнью местные наше приглашение приняли.

 – Ответил Колька.

– Столько лет им мозги парили разной ерундой. Хорошо, что согласились…

Наш разговор прервал своим появлением невысокого роста мужик, внезапно появившийся из-за границы света. Это было странное явление. Странное в нем было все, начиная от прически представлявшей собой густо сдобренные какой-то мазью волосы, разделенные вдоль головы тонким пробором на две равные части.

Из-под лохматых бровей на нас смотрели любопытные зеленые глаза. Половина лица была скрыта густыми, неразрывно лежащими вокруг губ, усами и широкой бородой. Ярко-алая толстовка с четырьмя перламутровыми пуговицами и широкими рукавами без манжет перехвачена в поясе лаковым ремешком с металлическими наклепками на конце и такой же пряжкой посредине. Черные с узкой серой полосой брюки заправлены в доходящие почти до колен и сверкающие глянцем голенища сапог.

Незнакомец держал в руке корзинку, на дне которой лежало несколько грибов.

Он взирал на нас так, словно встретил тех, на встречу с кем не мог надеяться всю жизнь. Размашисто и нервозно крестясь, он нерешительно произнес:

– Кто вы? Зачем вы здесь?

– Это Николай. Мой ближайший…

– Понял! Все понял! – Не дав мне договорить, незнакомец, как подкошенный, рухнул на колени и стал бить лбом о землю перед собой. – Простите неразумного! Не взыщите строго! Решили спросить с меня за грехи мои? Время пришло?

– Погоди ты! – Колька нервно вознес правую руку, как это обычно делают при автостопе.

– Прости, Святой Угодник! Не признал сразу. Весь на твою милость уповаю! – После этих слов незнакомец, не поднимаясь с колен, приблизился к Кольке, поймал его руку и стал лобызать ее, как родного ребенка. Когда Кольке удалось высвободить руку, незнакомец повернул голову ко мне. – Прости! Тебя тоже не опознал! Всех только на иконах видеть и доводилось! Живьем-то впервой!

– Михаил.