1917: Марш Империи

Случайность? Совпадение? Но Чернову жалование платили вовсе не за то, чтобы он отмахивался от странных совпадений.

Очень похоже, что горе-бомбиста вели и его действиями руководил неизвестный, но опытный кукловод. Однако, как тогда с этим сочетается кустарность бомбы, которая в итоге и не взорвалась? Или она и не должна была взорваться? Поди знай. Хотя эксперты утверждают, что взорваться она вполне могла, и осечка была лишь делом случая и небрежности при ее сборке.

Так что, это или стечение обстоятельств, или же это очень и очень тонкая игра.

И, судя по всему, генерал Ходнев придерживается именно второй версии, иначе зачем он поручил следствие именно Чернову с его знаменитой и всех раздражающей въедливостью?

А слухи о том, что именно кричал фанатик, уже поползли. И судя по темпу продвижения сенсации, к ее восприятию уже было все готово.

Но то ли это покушение, которое они ждали сегодня? Или оно только грядет?

Чернов лишь вздохнул.

Нервная у него служба, что и говорить.

Придется копать.

*       * *

РИМСКАЯ ИМПЕРИЯ. РИМ. КВИРИНАЛЬСКИЙ ДВОРЕЦ. 24 сентября (7 октября) 1917 года.

И грянул бал в честь двойной коронации, где центральными фигурами были конечно же два новоиспеченных Императора – римский и французский, а с ними вместе и их Августейшие семейства. Что ж, сегодня их праздник, так что даже Император Единства и принц Уэльский должны были поступиться, отойдя на второй план.

– Ваше Императорское Величество! Разрешите отрекомендоваться – капитан Шарль де Голль, личный адъютант Его Императорского Величества Императора Генриха Первого Французского.

Нижайше прошу простить мою дерзость, но дозволено ли мне будет похитить вашу камер-фрейлину? Я осмелюсь пригласить мадмуазель Иволгину на танец.

Императрица Мария бросила короткий взгляд на Иволгину и улыбнулась долговязому французу.

– Не возражаю, если конечно мадмуазель Иволгина не против.

Наталья кивнула. И вот они уже кружили в огромном зале дворца среди сотен таких же пар.

Впрочем, таких же, да не очень, ведь если кавалеров в военных мундирах в зале хватало, то вот Иволгина среди дам была такая одна. Так что не было ничего удивительного в том, что на них постоянно косились и даже откровенно оглядывались.

Однако, судя по всему, французскому капитану льстило такое внимание, и он буквально расцвел от гордости.

– Мадмуазель Иволгина… Или вы предпочитаете обращение «госпожа поручик»?

– Как угодно, мсье де Голль, мы же не на плацу.