1917: Трон Империи

В любом случае на терзания, сомнения и прочие размышления не было ни времени, ни подходящих случаю обстоятельств. Шел бой, в столице мятеж, а на плечах генерала Ходнева ответственность за оборону здания Главного Штаба. Во всяком случае, пока император не отдаст ему другой приказ.

Впрочем, знать бы, кто сейчас император, ибо если власть поменялась…

Петроград.

Военное министерство.

6 марта (19 марта) 1917 года. Ночь

Тем временем, пока Ходнев командовал обороной и вел горячий бой, военный министр великий князь Александр Михайлович воевал исключительно словами, практически не отрывая от уха трубку телефонного аппарата.

Абоненты сменялись, но тема всех переговоров была одна и общая – мятеж в столице и ситуация в полках, которые расквартированы в Петрограде.

А ситуация была явно паршивенькой. Большинство офицеров, с которыми удалось переговорить Сандро, выражали сомнения в том, что вверенные им части выполнят приказ и выступят на подавление мятежа. В казармах шли если еще не митинги, то уже оживленные разговоры, не самым плохим итогом которых было решение о нейтралитете и невмешательстве в происходящие в городе события.

Гораздо лучшей была ситуация в военных училищах, где юнкера требовали выдать им оружие и отправить в бой за государя императора. После выступлений Михаила Второго его фигура была весьма популярна среди юнкеров. К тому же было распространено убеждение, что при Михаиле перед ними открываются большие карьерные перспективы, а если же на престол взойдет малолетний Алексей, то власть останется у старых пердунов, не принимающих нового и задвигающих молодых офицеров подальше.

Во всяком случае, военный министр ожидал выступления до восьми рот юнкеров разных училищ. Сила, конечно, не огромная на фоне сташестидесятитысячного гарнизона столицы, но в сложившихся шатких обстоятельствах – немалая.

Но главным итогом телефонных переговоров Сандро считал установление взаимопонимания и координации действий с министром внутренних дел Глобачевым, выразившейся во взятии под усиленную охрану силами столичного жандармского дивизиона зданий почты, телеграфа и телефонной станции, а также распоряжение министра ВД о полном запрете передачи телеграмм из города и строгий контроль за телефонными переговорами в пределах Петрограда.

Для усиления жандармского охранения к этим ключевым зданиям столицы спешно выдвигались юнкера Константиновского артиллерийского училища.