Император из двух времен

По непроверенным данным отряд команданте Марусьа[9 - Марусьа (Мария Григорьевна Никифорова, или Маруся Никифорова, 1885–1948) – предводительница анархистов в России, офицер французской армии в Великой войне, военный и государственный деятель Мексики и Мезаамерики, соратница и преемница Нестора Махно.] захватил города Миско в 17 километрах от столицы страны.

ИМПЕРСКОЕ ЕДИНСТВО РОССИИ И РОМЕИ. ВОСТОЧНАЯ РИМСКАЯ ИМПЕРИЯ. МРАМОРНОЕ МОРЕ. ОСТРОВ ХРИСТА. ИМПЕРАТОРСКАЯ РЕЗИДЕНЦИЯ. 3 июня 1919 года

Мы сидели в саду.

Я восседал на плетеном диване, Маша же расслабленно сидела в кресле и неторопливо лакомилась виноградом, не забывая поглаживать урчащую маленькую пантерицу у себя на коленях.

Разумеется, я сидел на диване вовсе не по причине того, что мне захотелось вальяжно развалиться, а по причине весьма прозаической, хотя и чрезвычайно важной для меня. Всё дело в том, что по мне всячески топтались и висли на мне Сашка и Вика, выражая свою радость по поводу прибытия домой венценосного отца.

Откровенно говоря, я не очень представляю, что у них там в головках творится в год и месяц от рождения, но теребили они меня весьма активно. Маша лишь посмеивалась тихонько, когда мне доставалось в очередной раз.

Да, такой вот я многодетный папаша. Четверо детей от разных матерей, детей с разным статусом и титулом, с разными правами на престол, но, тем не менее, все они сыновья и дочери императора, нравится это кому-то или нет.

Появилась графиня Воронцова-Дашкова и проследила за тем, чтобы Сашку и Вику доставили кормилицам, поскольку пришло время перекусить.

Я знал, как переживает Маша по поводу исчезновения у неё молока, но тут уж ничего не поделаешь. Зато и я сам перестал быть вечно в молоке.

Словно прочитав мои мысли, Маша спросила, вздохнув:

– Миш, а сколько у меня было детей в твоей истории?

Хмурюсь.

– Радость моя, зачем тебе это знать?

Но она тоже не настроена на игривый лад.

– Я хочу знать.

Это важно.

Пожимаю плечами.

– Пойми, я не знаю твою биографию настолько хорошо, чтобы помнить все подробности.

– И всё же?

– Не помню точно. Много. Пять или шесть.

Она кивает и вновь погружается в свои мысли, механически пощипывая изящными пальчиками виноградную кисть. Наконец, вздохнув, она произносит:

– Это хорошо. А то я уже начинаю беспокоиться. Я хочу большую семью, но что-то у нас с тобой пока не получается.

Я слегка опешил.