Черный всадник

Но как-то нужно назвать!

Спыхальский тихонько посмеивался и подталкивал Гурко в бок – попался, мол!

А Покотило, чтобы окончательно развеять плохое впечатление о себе, с вкрадчивой улыбкой воскликнул:

– Ну, вот видите? Как же его принимать? Он ничего такого не сделал даже для того, чтоб прозвище ему придумать!

– А и вправду, леший его забери! – показал свой единственный зуб Шевчик. – Он ничем еще перед нами не отличился. Ничего не отчебучил!

Гурко на мгновение задумался, посерьезнел и, хитро подмигнув деду, усмехнулся весело:

– Ну, за этим дело не станет! Если вам так уж хочется, чтоб я отчебучил что-нибудь, могу и отчебучить! Хотя и вышел давно из этого возраста! На выдумки я всегда был мастак!.

И он начал протискиваться к двери.

По мере его продвижения в курене стихал шум. Всех томило любопытство: что удумал новичок? Какой фортель выкинет? Чем развеселит их?… Может, и вправду он необычайный выдумщик, шутник и острослов? Таких они любили, потому что и сами были не против пошутить, подтрунить над кем-нибудь, до слез насмеяться.

Проходя мимо печки, в которой полыхало малиновое пламя, Гурко остановился. Видно, в голову ему пришла новая, неожиданная мысль. Его выразительные серые глаза заискрились смехом. Хмыкнув в усы, он вдруг нагнулся, выхватил из огня горящую хворостину и быстро выбежал в сени.

Запорожцы проводили его недоуменными взглядами.

– Гм, что же он надумал, разумник? – нарушил всеобщую тишину Покотило.

– А и вправду, интересно – что? – выскочил вперед дед Шевчик, вытянув из потертого воротника свитки сморщенную, как у индюка, шею. – Не чертей ли поджаривать?

Тогда куренной Могила приказал одному молодику:

– Пойди-ка погляди!

Тот помялся – очень не хотелось выходить на холод, – набросил на плечи кожушок и медленно направился к сеням. Минуту спустя влетел назад возбужденный, перепуганный. От порога выпалил:

– Горим, братчики!

– Как? Где? – переполошились запорожцы.

– Говори толком, вражий сын! – гаркнул Стягайло, вскакивая.

– Курень горит! Подпалил этот проклятый палий![20 - Палий (укр.) – поджигатель.]

Запорожцы опрометью бросились к двери, толкая и давя друг друга, выскакивали во двор и от неожиданности замирали: камышовая крыша куреня пылала в двух местах, как стог сухого сена. А с подветренной стороны стоял Гурко и подносил горящую хворостину под стреху.

– Ты что ж это делаешь, треклятый?! – налетел на него Стягайло.