Если бы ты был(-а) на моём месте. Падение

– Это значит…

– Верно, – перебил Реджинальд, нетерпеливо подталкивая вперёд, угадывая мои мысли. – Это значит, что, когда на тебя охотились предатели Семьи, они знали о тайном проходе. Не знали только, как открыть вход в дом.

Шагнув первой, я оказалась в темноте, усиленно заморгав, пытаясь разглядеть хоть что-то перед собой. Сердце билось чаще от осознания того, как близко я находилась к своим врагам, даже не подозревая этого. Глаза постепенно привыкали к темноте, и я осторожно двинулась вперёд, разглядывая узкий проход, который медленно уходил немного вниз.

Казалось, он не кончался, лишь уменьшаясь в самом конце. Реджинальд шагнул следом. Раздался характерный щелчок закрытия прохода, я едва повернула голову на звук.

– Все чертежи были у Самуэля, – поздно вспомнила я, неожиданно осознав, почему шайка во главе с Бартичелли младшим не смогли достать меня этим способом. Тем не менее холодок вновь пробежал по коже, заставив судорожно сглотнуть. – Моя паранойя была обоснованной, – проговорила слишком тихо.

Найдя на ощупь стены, я стала медленно продвигаться дальше. Мысли всё не унимались. – Мой дом был самым защищённым и в то же время самым опасным местом.

– Какая ирония, не правда ли? – раздался совсем близко голос Бруно, не отстающего ни на шаг, незримо подгоняющего вперёд. Внезапно рёбра пронзил приступ острой боли, но из-за того, что мы находились в практически полной темноте, ощущения усилились, сделав боль ярче и резче.

Я остановилась и зажмурилась, прижав руку к ушибленному месту. Реджинальд остановился следом, выдохнув слишком громко, картинно, давая понять, что его терпение кончалось.

– Почему мы не выбрались из поместья обычным способом? – я шагнула вперёд, почувствовав, как боль стала медленно отступать. Позади раздался лёгкий смешок. Затылком я ощутила слабое колебание воздуха.

– Чтобы Роджер смог вычислить нас в первый же час побега?

– Значит, это всё-таки побег.

– Называй как хочешь, суть от этого не меняется, – снисходительно произнёс Реджинальд усталым тоном голоса, отбив всякое желание разговаривать с ним.

Мы молча продвигались вперёд, по большей части медленно шагая из-за моей осторожности. Узкий тёмный коридор никак не кончался. Казалось, что мы шли уже несколько часов. Я перестала чувствовать всякую усталость, боль или холод, испытывая только одно желание – поскорее выбраться из тёмного пространства.