Перстень с Русалкой

 – Эрик, – помести в гамак Эльзу и садись за штурмана, гермошлем одень, «СПУ» подключи, – как понял? – Всё понял командир! – Вначале повтори мои команды, получи подтверждение, а затем уже выполняй, – нудил я, и шарил глазами по куполу звёздного неба через обзорное стекло фонаря кабины, ища силуэт своего врага. Кто-то там есть по нашу душу, но передышка минут на сорок, – подумал я включая секундомер «АЧХО». И что делать? Пора вспомнить тактику ВВС. В голове мгновенно пронеслись чёткие воспоминания лекций на военной кафедре лётного училища….

Информация по тактике «ВВС», немного с «бородой» (применительно к вьетнамской войне 70-х), но ничего…. В принципе ничего радикального не изменилось, за эти годы…. Хотя? «Лётчики перестали быть кастой избранных небожителей. Пилотов гражданской авиации, вообще „опустили“ и цинично стали обзывать омерзительным словом, – „Перевозчик“ (чуть ли не извозчик): — Эй! Извозчик? – Чего там? – Да какой я тебе извозчик? – А кто ты такой? – Я водитель кобылы»! А вообще, – «перевозчик», – это мифический гребец, который на лодке, перевозит души покойничков через реку «Стикс», отделяющую мир живых, от мира мёртвых. И за это ему надо заплатить пару «целковых», или «червонцев», которыми обычно закрывали глаза покойнику! Вот так, даже настоящий «Извозчик», – Обижается, а тут лётчики? А форма лётчика, сегодня, практически не отличается от формы швейцара в ресторане? Красивых галунов, птичек и, шевронов, на форме практически нет, одни лишь «птички» на фуражках остались. Великий ужас я испытал, когда знакомая стюардесса, спросила меня, что означает буква «С», на крылышках, которые совсем недавно с гордостью носили на груди все воздушные принцессы. «Техно-Авиа» стала шить мешкообразную спецодежду…. Лётный демисезонный костюм «Шевро», на молниях, раньше был изящно приталенным, – хоть на танцы ходи, а сейчас стыдно пройти по улице (как грузчик в робе). Разучились шить, что ли, или фасон берут от «кардана»?

О самолётах (сегодня), всё чаще стали говорить лишь как об «идеальной платформе для размещения современных типов вооружения».

На поршневых самолётах, в ходе «собачьих свалок» с «мессерами», пилот мог на мгновение поймать полный ненависти или страха взгляд противника. Это была настоящая рукопашная с сильным врагом, достойная настоящих мужчин. А что сейчас? Пилот запускает ракету за десятки километров до цели, – по отметке на экране бортового радара или по наводке с земли. Человека в кабине всё больше подменяют «э-вэ-э-мы».