Перстень с Русалкой

Почему молодые люди ради своей любимой готовы жертвовать жизнью, а спустя пару лет становятся чужими друг для друга? Загадка? А вот в животном мире это не так! Собака любит хозяина, так как будто готова выпрыгнуть из собственной шкуры. А мангусты, – отважные охотницы за змеями, любят человека так, что не представляют жизни без хозяина и умирают объятые тоской на его могиле. И никогда не предают?

И отдают свои жизни, защищая хозяина не задумываясь? Получается, что с годами человек не только приобретает, – но и утрачивает многое и что-то такое именуемое любовью.

Это страшно, по-настоящему страшно! Человек (с возрастом), приобретает опыт, знания, характер. И между тем вдруг, утрачивает что-то очень важное, утрачивает, особое, не детское, нет, свежее восприятие мира. Между «было» и «есть», такая лежит граница, такая преграда, которую перейти невозможно. А наши воспоминания лишены плоти? В них солнце светит, но тепла его не ощутишь. Видишь заросшее кувшинками озеро, но не слышишь, как плеснулась рыба. Ветер воспоминаний не приносит с полей запахов свежескошенной травы. Это прошлое. А будущее? Разлюбил, – значит, позабыл запах весны? Так уже теплее! Ну что же мы можем сказать о своём будущем? Оно тоже без звуков, запахов, всего лишь плоская умозрительная схема, словно чёрно-белая фотография памяти. Значит любовь к женщине, к любимой женщине, базируется на ослаблении органов чувств у человека: ухудшается слух, зрение (точнее цветовое ощущение), а главное обоняние! А ведь точно, в животном мире это так, – запах хозяина, запах нет, не духов, а внутренний запах тела меняется, – человек стареет и знакомый запах притупляется….  – Сергей? – придумал что-нибудь? – раздался тихий вкрадчивый голос Эльзы в наушниках, и я вынырнул из своих грёз. – Кажется да, – любовь держится на остроте ощущений, и внутренних запахов кожи! – ответил я и чертыхнулся. – Думаю! – Не поняла? – переспросила она. Я не ответил и посмотрел на часы. Пора! – Эльза, я меняю вектор тяги на 180 градусов (на Запад) и врубаю маршевый двигатель. Попытаюсь, всё-таки использовать «стрингер» эффект, с «буль-ба-уголком», – озадачил я её своим ответом. – Тебе плохо? – Серёжа? – зачем на Запад? – её голосок взволнованно зашипел как на старой изъезженной пластинке. – Эльза, если это те, о ком я думаю, – то мы сможем только увернуться от стрелы летящей во дни, и спрятаться сзади, и чуточку в прошлом, – ответил я расстёгивая замки привязных ремней.