Каракал

Три часа неспешной ходьбы, и он оказался на укатанной до твердости камня дороге. Даже по виду было ясно, что пользовались этим путем часто. Стая птиц, которую он увидел с той поляны, где вновь осознал себя и обрел свое тело, как и подозревал Матвей, оказалась падальщиками, очень похожими на земных грифов. Они кружили над тушей мертвого животного. Возможно и лошади: по истерзанной шкуре и остову скелета, что остался от него, определить это было трудно. Оставалось дождаться местных жителей, что и решил сделать Матвей, плюхнувшись прямо в пыль на обочине.

Первыми аборигенами оказались воины, обвешанные острыми железками, как кедр шишками в урожайный год. Скорее всего, это были наемники: ни единой формы одежды, ни табельного, так сказать, оружия. Как говорил ротный: «Форма одежды номер восемь, что украли, то и носим». Загорелые лица, кучерявые бороды, в том мире носы с горбинкой – больше всего они были похожи на тех же персов, ну если они действительно были такими, как их принято показывать в фильмах и на картинах.

«Где эльфы, гномы и прочая нелюдь?» – подумал Матвей, старательно изображая дебила и раскачиваясь телом из стороны в сторону.

Встретившийся отряд, к слову сказать, был очень организованным и дисциплинированным. А их командир знал толк в военном деле. По крайней мере, расстановка была грамотной: передовой и тыловой дозоры, фланговое прикрытие. А в центре всего этого построения карета на самых обычных рессорах и с колесами, обутыми во что-то типа литой резины.

«Вот тебе и отсталый мир, – подумал парень.

 – Не удивлюсь, если здесь есть СМИ, многопартийность и огнестрел. Хотя последнее вряд ли. На бойцах ничего похожего хотя бы на кремниевый пистоль нет. А жаль, мне бы какой-нибудь карамультук пригодился».

Знал бы он, как будет близок к своим суждениям, во всяком случае, в отношении СМИ.

Из кареты выбрался тип, одного взгляда на которого было достаточно, чтобы без разговоров залепить ему в рыло двоечку. В первую секунду Матвей даже пожалел, что просто не ушел по той «путеводной нити», которую теперь отчетливо чувствовал.

То самое направление. Закоулками, буреломами, оврагами, но чтобы вот с такими личностями не видеться сто лет.

Вот есть такие люди. Ты даже не видел его еще ни разу, не знаешь, чем живет, чем дышит, а он уже вызывает у тебя чувство глубокой антипатии. Часто бывает, что первые впечатления ошибочны и под «омерзительной маской» скрывается вполне себе адекватный, добрый, честный человек. Но только не в этот раз.