Своя-чужая война

– Пока течет в жилах кровь, – произнесли они одновременно, опускаясь на правое колено.

– Ну, вот и хорошо, – улыбнулся князь. – Спасибо за подарки, а теперь надо поужинать. Или есть еще что-то?

– Да вроде нет, – пожал плечами довольный Годаб.

– Тогда, Багд, – повернулся Атей к казначею, – забирай камни. И пусть они начинают работать. Где их лучше применить – в финансах или в магии, – разберетесь без меня. А теперь ужинать, у меня и правда уже живот сводит от голода.

Разумные, делясь впечатлениями от произошедшего, медленно потянулся на выход.

– Ваша светлость, – загадочно улыбнулся главный казначей, шествуя рядом с князем, – а не разорить ли нам несколько некрупных банков с большой финансовой выгодой для себя?

Через несколько дней Атей решил навестить то крыло дворца, из которого уже давно не показывались Аделиан, Бруно и Ленард. Даже на пока еще совместных приемах пищи (придет время, и большая часть обзаведется своими домами) они, молча и очень быстро, закидывали себе в желудок еду, и снова исчезали.

Чем были заняты эти одержимые от магической науки разумные, никто не знал, вот и решил Призрак лично убедиться, что они вообще делают, когда все остальные, не жалея своих сил, как ломовые лошади пашут на благо княжества?

– А может, еще раз попробуем ее вскипятить? – услышал Атей голос Аделиана.

– Ага, – поддержал его Бруно Пепел. – Потом кинуть в нее щепотку «взбодрина», а когда заварится – выпить. Говорящий, мы уже раз пять кипятили и столько же замораживали. Жарили на открытом огне в тиглях, просто лили ее в огонь, давали попробовать твоему хорьку, посыпали солью, высушивали под лучами Хассаша и еще много чего.

А результат? Замерзает, шипит на открытом огне, воняет, когда жарят. Твой хорек до сих пор жив. Это просто кровь, – подвел итог он, но поправился: – На которую почти не действует магия.

– Вот ключевое слово – НЕ ДЕЙСТВУЕТ! – выкрикнул Аделиан, и князь явственно представил его стоящим и упирающим палец в своего собеседника.

Однако действительность оказалась другой.

Альв стоял и палец упирал, вот только не в Бруно, а в того самого хорька, который упоминался в их разговоре. Тот сидел у хозяина на плече и, наверное, думал: лизнуть этот палец или укусить его за те опыты, что над ним проводили?

– Добрый день, гариэ?ры, – поздоровался князь, когда зашел в большую комнату, пропахшую незнакомыми ему ранее запахами.

«Надо поскорее выселить их за стены города. Не разрушат, так провоняют всю столицу.