Своя-чужая война

И не только, – а потом все так же, не поворачиваясь лицом к своему секретарю, равнодушным голосом произнес: – Все, что я сказал, тебя не касается, Динэль Почка. Оставь на столе свою папку, с ней разберется мой новый секретарь. Ты меня разочаровал. Стража!

Дверь в кабинет распахнулась, и на пороге появились два гвардейца.

– Под замок его. На празднике Пробуждения Леса он составит компанию бывшим подчиненным Ардаля Гранита.

«Что ж, – подумал Динэль, подходя к столу, чтобы положить папку с документами. – Этого и стоило ожидать.

Я и так продержался на этой должности очень долго. За дочь можно не переживать, у нее уже есть защитник. Ну а мне только осталось сделать небольшой сюрприз владыке. Как там купцы говорят: долг платежом красен? – губы альва тронула легкая злорадная улыбка, когда он быстро и незаметно вытащил из папки, а потом спрятал за обшлаг рукава своего камзола несколько небольших, плотно исписанных листков. – Я совсем забыл вам сказать о магах великого князя Сайшат, владыка».

Великое княжество Сайшат.

Оплот

Атей сидел на причале возле Озерных ворот своего дворца и с улыбкой наблюдал, как его жена, приподняв руками юбку своего платья, жмурясь от удовольствия, ходит босиком по мелководью, пугая многочисленные стайки мальков.

Период относительного спокойствия подходил к своему логическому завершению, хотя, по размышлениям князя, ему и так дали хорошую фору, чтобы собраться с силами.

Не по дням, а по часам рос Оплот, постепенно приобретая очертания настоящего города. Города, который в недалеком будущем должен стать самой красивой и неприступной из всех существующих на Тивалене столиц.

До этого было еще очень далеко, но первые признаки были уже налицо.

Взять ту же Храмовую площадь, где бок о бок выросли три величественных здания, которые сразу стали самыми посещаемыми среди жителей Великого княжества Сайшат местами. Центральным из них был храм Парону, богу воинов и ратей. Строгостью своих форм храм обращал на себя внимание так же, как бывалый суровый воин, облаченный в полную справу, притягивает взгляды мечтающих о славе мальцов и желающих оказаться в его крепких объятиях девиц.

С двух сторон к храму Парона, словно те самые девицы, прижались две другие обители: Хатиар – богини любви, красоты и нежности, и Тамины – богини удачи, которую очень почитали в новом государстве.

Или взять, к примеру, Посольский квартал, в котором обживалось пока только одно-единственное посольство – Леса Изгоев, во главе с Файорэлом Кречетом.