Лицо. Джазовая фантазия

Легкое облачко колыхнулось в ее зрачках.

– Я должна… Обдумай все, что случилось сегодня.

Махнула мне рукой, отступила в заросли и исчезла. А затем исчезло и все остальное. Наступила пустота…

* * *

Пустота и голос. Так я представлял Небытие.

– Здравствуй, человек!

– Не вижу, с кем здороваться.

– А если Я – Господь Бог?!

– Тем более ты можешь явиться, чтобы поздороваться.

– И ты не боишься?

– Чего? Боятся известного. Неизвестности глупо бояться, – здесь я сблефовал. Поджилки у меня ходуном ходили.

Громыхнул гром, сверкнула молния, давешний голос изрек: «Да будет Свет!» – и свет явился. Такой яркий, что я зажмурился. Послышалось: «Хм!» – и свет немного приутих.

Сцена была явно содрана с «Матрицы». В белом Ничто и Нигде висели два шикарных кресла из реквизита восемнадцатого века. Или девятнадцатого – в этом я не слишком разбираюсь. В одном из них сидел благообразный старец, над головой которого вращалось нечто, более всего походившее на белую фарфоровую тарелку без дна.

– Теперь-то можешь поздороваться?

Пижон, хам, плагиатор, к тому же и вкус пошаливает.

Я посмотрел под ноги – белесая муть, как и везде. Но я же не вишу, а стою на чем-то! По этому «чему-то», стараясь не показать, что руки дрожат и коленки трясутся, шагнул к стулу – ничего, держит – шагнул еще раз, уселся в кресло (жутко неудобное) и слегка поклонился:

– Здравствуйте! (Хотел было по-украински поздороваться, но решил, что перебор будет.)

– Нешто не подобает с Господом стоя разговаривать?

– Так я ведь не верю в вас, батюшка, – нахально закинул ногу на ногу и добавил: – Мне это напоминает какую-то среднюю постановку.

Собеседник громко расхохотался, белая муть стала кочковаться и оформилась во вполне официальный кабинет. Визави мой тоже преобразился и стал походить на банального премьер-министра.

Я попытался перехватить инициативу.

– Вы и вправду Господь Бог?

– Я его Крестный Отец, – и он снова бурно расхохотался – вероятно, счел свою шутку весьма остроумной. – Если быть кратким, мы пригласили вас на переговоры.

Дело в том, что существующий Проект, по нашему мнению, исчерпал себя, то есть провалился, и мы считаем, что его целесообразно прекратить.

– Извините, какой проект?

– Человеческая цивилизация.

Все это походило на розыгрыш, только очень уж страшненький.

– «Мы» – это в смысле: «Мы, Император Всея Вселенной»?

– Нет, по-вашему, «группа товарищей».

– Допустим, но я-то вам зачем?

– Будете нашим представителем.