1917: Государь революции

– Где собирается?

– Прошу простить неполноту моих слов, государь. Толпа собирается на площади у Александровского вокзала.

– Настроения? Лозунги?

– Про лозунги пока не имею информации, государь. По настроениям можно судить лишь предварительно, но смею предположить в целом благоприятное настроение среди собирающихся на площади у вокзала и в общем по Москве. Я бы охарактеризовал настроение как смесь любопытства и надежды. Ну, и проявление верноподданнических чувств, разумеется.

– Разумеется, – кивнул я, задумавшись.

Глобачев поклонился и добавил:

– Более точный доклад о настроениях толпы я представлю вашему величеству через пять минут после прибытия поезда на Александровский вокзал. Насколько я знаю, там еще будет и депутация от городской думы, и представители разных сословий, желающие выразить верноподданнические чувства.

– По настроениям толпы я жду информацию. Что филеры говорят о настроениях среди гарнизона Москвы?

– Некоторые брожения все еще имеют место, но в целом ситуация уже не опасна.

– Высший свет?

Министр слегка замялся.

– Говорите, как есть, меня интересует реальное положение дел.

– Я не могу сказать, что высказанные вашим величеством идеи вызвали всеобщее одобрение в высшем обществе. Отношение скорее настороженное.

– Или враждебное?

Глобачев позволил себе улыбку.

– Думаю, государь, что за последние дни число тех, кто готов открыто выступить в оппозицию вашему величеству, заметно поубавилось.

– А что рабочие столиц?

– Рабочие больше обсуждают возможности мира, чем Союз Империи Освобождения. Последний пока не очень понят в этой среде.

– Понятно. Благодарю вас, Константин Иванович. Вы свободны.

Следующим у меня был Суворин с обзором прессы.

– Что пишут в столичных газетах?

– Ваше императорское величество! В газетах обеих столиц обсуждают ваше выступление на съезде Фронтового Братства. Вчера в утренних газетах обеих столиц был напечатан практически полный текст вашего выступления. Вечерние газеты дали основные выдержки и расширенные комментарии, разбирая речь по отдельным тезисам. Отдельной темой идет вопрос возможности новых российских предложений о мире.