Люди Приземелья

Да, тогда Велигаю пришлось бы искать другие возможности…

А сам пилот – разве он не понимает, на какое чреватое последствиями дело идет? Он ведь действительно может лишиться сертификата – документа, дающего право вести такой или даже более сложный корабль. Пилот, кажется, колеблется. Не следует ли помочь ему? Ведь это так просто: стоит только сказать несколько слов… Нет, разумеется, не ради себя, дело не в этом. Но ради самого же пилота! Да, да, для него все может обернуться плохо.

Что он там? Кедрин вслушался.

– Не забывайте, – произнес пилот, – перегрузки будут не пассажирские.

– Случалось, – сказал Велигай.

– Ну, ну… – мрачно проворчал пилот. Он повернулся в кресле и, почти не глядя, потыкал пальцем в клавиатуру решающего, затем столь же мрачно обозрел шкалу. – Учитывая износ машины, тридцать процентов риска.

– Ради жизни людей я ходил на шестьдесят, – сказал Велигай.

– Я ходил на девяносто, – пробормотал пилот. – И знавал людей, ходивших на сто. Самсонов ходил на сто процентов риска и пришел обратно.

– На Цербере? – Велигай глядел на металлический кружок на правом рукаве пилота.

– На Диане, в системе Инфра-три. Я? Да, на Цербере. Через год снова пойду. Сейчас в отпуске – отдыхаю…

Кажется, он согласится… Сейчас самое время – встать и сказать. Ну же!

Он встал.

Для того чтобы пройти в пилотскую кабину, пришлось миновать всех монтажников. Кедрин шел, стараясь ступать легко и уверенно, как это получалось у Велигая. Но, кажется, его походка в этот миг больше напоминала судорожные шаги робота.

Одно за другим кресла оставались позади, но взгляды сидевших провожали Кедрина дальше, до самой двери. Гур смотрел – и Кедрин даже спиной ощущал этот взгляд – с веселым и несколько удивленным интересом, словно недоумевая и желая услышать, что сможет предложить Кедрин такого, чего не знал бы Велигай; Холодовский глядел исподлобья, как будто уже по походке догадался о желании Кедрина не допустить изменения курса и теперь только и ждал момента, чтобы схватить, усадить, зажать рот.

Дуглас казался настроенным доброжелательно, но челюсти его внезапно сжались, как если бы он готовился к драке.