Ночь черного хрусталя

Так что эти знали, что я возвращаюсь, лишь на долю секунды не хватило у них выдержки – начали стрелять, не дожидаясь, пока голова возникнет в проеме, на сером фоне. Странно все же, кого они против меня послали: профессионалы уже раза два подловили бы. Интересно, что у них тут вообще происходит? Меня об этом не предупреждали. Ну ладно, еще поиграем…»

Он не двигался с места, вслушиваясь в шорохи снаружи: там стрелявшие меняли места, хруст их башмаков по гравию был отчетливо слышен. Опершись локтями, Милов медленно изготовился, зная, что сейчас один окажется в поле зрения: снаружи казалось, верно, что в ночи их не увидеть, они не понимали, что по сравнению с непроглядностью пещеры ночная темнота была едва ли не ясным днем.

Черное появилось: Милов нажал на спуск. Человек снаружи вскрикнул и упал. Снова заскрипел гравий и застучали выстрелы, но Милов лежал сейчас в мертвой зоне: чтобы убить его, надо было подойти вплотную к двери и вскочить в ход, но на это никто не отваживался.

«Да, странных людей они послали, – подумал он, – хотя и знают, что я ухватился за цепочку…»

Нервная пальба заглохла, когда Милов снял еще одного, засевшего в отдалении – выстрелил по вспышке.

Наступила пауза, и тогда он негромко скомандовал своим:

– Ну, бегом!

Он знал, что у них сейчас было несколько секунд времени: находившиеся снаружи чуть отступили, решая, какую теперь применить тактику, и можно стало промелькнуть мимо хода. А вот ему самому придется еще выждать и отступать медленно: наверняка те сейчас все-таки решатся вскочить и стрелять в упор… Граве протопал мимо, Ева тоже – и вдруг остановилась прямо перед ним, подставляясь под пули, упала на колени – и он почувствовал прикосновение губ; поцелуй пришелся в висок.

– С ума сошла! – сдавленно крикнул он. – Дура! – забывшись, выругал он по-русски. Но она уже вскочила, кинулась дальше, и выстрелы извне опоздали на долю секунды.

«Сумасшедшая девка, – подумал Милов с невольным одобрением, хотя и зол был на нее сейчас. – Ну, можно и самому…» – И снова замер: судя по звукам, двое подкрадывались к выходу с разных сторон, держась вплотную к склону, в котором был выход – чтобы не подставиться.

Те замерли у самого проема – он слышал их дыхание. Прошла секунда, другая, десятая – тогда Милов шумно вскочил, затопал ногами, оставаясь на месте. И мгновенно один из затаившихся влетел в ход, чтобы ударить в спину убегающему. Милов свалил его – в упор, наповал. И выметнулся наружу, и прикончил последнего, не дав ему опомниться.