Полная заправка на Иссоре

Такого – знающего, энергичного, доброжелательного…

– Да ладно уж… Идите побродите по рынку, только далеко не уходите. Вас найдут.

– Вот это я понимаю, – сказал Федоров. – Целуем ваши ручки!

И первым двинулся к выходу на старт-финиш.

– Приветствую вас на Иссоре! – с некоторым опозданием крикнула Зорамир им вдогонку.

Медицинская дверь отворилась.

– Что, еще кого-то принесло? – протирая глаза, высунулась дама.

– Нет. Спи. Это я так.

Снова они оказались на обширной площади, что гудела, волновалась, дымила, жевала, глотала, находилась в непрерывном движении.

Но если при первом появлении чужеземцев внимание толпы было обращено не на них вовсе, а лишь на корабль, то теперь, стоило им появиться на крыльце, сразу несколько десятков бросились к ним, опережая друг друга, расталкивая, оттаскивая, пронзая залповыми взглядами.

– Эй, ну-ка сплотимся, – скомандовал Федоров. – Не то нас сейчас растащат кого куда.

Но их уже окружили плотной – не шевельнуться – массой. Все кричали одновременно, так что не сразу понималось, что к чему.

– Ночлег, ночлег! Комфорт, приятное общество. Недорого, йомть!..

– Что продаете, йомть? Покупаю оптом, не глядя, хорошо плачу! Возьмите карточку…

– Отвезу, куда пожелаете, йомть! Первоклассная машина, оплата по часам, йомть…

– Семья, первая и лучшая в своем роде! Все, что угодно! За тысячи часов ни единой осечки! Вам нужна только наша семья! Надежность, йомть, пристойность! Цены умеренные…

– Прекослов! Контора «А, А и А»! Услуги лучших прекословов столицы, полное, исчерпывающее знание законов, разъяснений, комментариев и прецедентов.

Полное уважение и содействие правосудия, минимальные санкции, предоставление надежных гарантов! Ничтожный процент!

– Объединение трех семей! Именно то, что вам нужно!

– Только для вас! Скидка, громадная скидка! Готовы на убытки ради торжества справедливости и милосердия. Возможна оплата сорами по курсу…

И еще. И еще. Клочки бумаги, визитные карточки, какие-то жетоны совали в пальцы, в карманы.

Хватали за руки, за полы, тащили в разные стороны. Путешественники пытались отмахиваться – сперва осторожно, но чем дальше, тем серьезнее, Федоров уже просто бил наотмашь; это мало помогало.

Неизвестно, чем бы это кончилось. Но в самое, казалось, критическое мгновение к ним протолкался молчавший в отличие от прочих иссорианин – высокий, плотный, уверенно-четкий, с неподвижным взглядом. Руки он держал в карманах. Оказавшись вплотную, усмехнулся.