Дверца в канализацию

Но в нашем доме лучше не иметь никаких пушистых животных – у папы на них давняя аллергия, и я сама видела, как он чихает, едва только вблизи появляется кошечка или собачка (приходится пить таблетки). И я даже смирилась с тем, что у нас никогда не будет животных, до того самого момента, пока сама судьба не подкинула мне шанс.

Этой зимой, на одном из совместных ужинов, после которых мы все разбегаемся по своим комнатам, я предложила родителям завести улитку. Несколькими часами раннее, в школе, ко мне подошла сама Джил.

И вполне мирно спросила, не нужна ли мне улитка – сообщила, что у ее Ивы недавно появились детки. Я тогда даже переспросила: «У Ивы?». И оказалось, что Джил тоже смотрит «Красноглазых сов». Это заставило меня уважать Джил чуть больше, и в то же время я почувствовала ревность к сериалу, который так сильно люблю. А ещё вдруг подумала, что мы с Джил даже могли бы подружиться, если бы она не была такой противной. Но уже через мгновение эта мысль меня покинула. С такими, как я, обычно не дружат такие, как Джил.

Я в тысячный раз отвлеклась, но, в общем-то, все обстояло так, что я готова была взять улитку прямо сейчас даже несмотря на то, что с собой ее у Джил не было. Желательно мальчика, чтобы я назвала его Бердом. На это Джил сказала, что у улиток есть волшебное свойство – ты сам можешь выбрать, мальчики они или девочки, и это вдохновило меня ещё больше. Я сказала, что предупрежу родителей и сразу же сообщу об этом Джил – например, в «Фейсбуке». И мы договоримся, когда Джил отдаст мне Берда.

Так что мы разошлись, вполне довольные друг другом. И домой я мчалась, точно у меня за спиной были крылья для ускорения. Даже новую серию «Красноглазых сов» смотрела без должного внимания, потому что все мои мысли были заняты улиткой.

Я ждала ужина, чтобы одновременно сообщить радостную новость и папе, и маме. Мне эта новость виделась настолько важной, что говорить о ней вне ужина казалось мне настоящей грубостью.

Однако, когда я ее произнесла, никто не разделил со мной воодушевления.

Папа лишь вздохнул, зато мама ещё полчаса говорила о том, какая это ответственность, и что она не хочет ухаживать за улиткой вместо меня, и что даже для ухода за улиткой нужны деньги, и что я ещё слишком маленькая (хотя через месяц мне исполнилось одиннадцать), и все в таком духе, произнесенное уставшим маминым голосом. Я держалась изо всех сил, но, когда мы разошлись по комнатам, все-таки расплакалась.