Капитан Ульдемир. Властелин

– Что же в этом плохого?

– А Уровень? Чем ты их кормить станешь: воздухом?

– Опять этот ваш Уровень.

– Разве тебя не учили в школе, что Уровень может сохраниться лишь тогда, когда люди… – он подумал, вспоминая слово, – регулируются, так?

– Погодите, судья, что такое регулирование численности населения, я знаю. Но ведь это можно делать, и когда детей просто рожают женщины! У нас, например…

– У вас там все не как у людей. Но тут есть еще одна причина, погоди, слово вертится на языке… вырождение, вот что.

– Ах, вот оно в чем дело…

– Сообразил теперь?

– Теперь сообразил. Что такое вырождение, я тоже знаю. А скажи, как же получаются дети там – в сосуде?

Но судья уже снова нахохлился.

– А ты вот спроси в столице. Может, тебе объяснят.

Он помолчал.

– Они тебе там все объяснят! Как людей убивать…

– Я уже сказал вам: я безмерно сожалею.

– А ну-ка молчи давай!

Столицы Шувалов почти не увидел. Приехали они в сумерках, и вечером его никуда не повели; заперли в комнате, где стояла кровать и рядом – табуретка. Дали поужинать и велели спать.

Однако он улегся не сразу, а сидел на кровати, задумчиво глядя на узкое окошко под самым потолком.

– Вырождение… Придумано неплохо: при малом объеме начальной популяции оно наступило бы неизбежно.

Он бормотал так, вспоминая, что люди здесь действительно ничем не отличаются от него самого, – а они непременно отличались бы, если бы на протяжении многих поколений дети рождались от браков в одном и том же узком кругу. Значит, невысокий уровень этой ветви земной цивилизации нельзя было объяснить снижением уровня способностей людей – а ведь Шувалов едва не пришел уже к такому выводу.

Значит, так было задумано с самого начала. Да и вообще все было спланировано основательно и неплохо. Но что-то где-то не сработало или, наоборот, переработало, и развитие пошло вперекос.

В том, что развитие пошло не в задуманном направлении, Шувалов не сомневался.

– Ах, сами не рожают… Стерилизация? Ну, вряд ли. Просто запрет – и соответствующий уровень предохранения.