Капитан Ульдемир. Властелин

Шувалов поднялся по лесенке. Он оказался на площадке – скорее всего, на плоской крыше строения, – обнесенной невысоким парапетом. Его окружили несколько человек; четверо особо мускулистых, – должно быть, санитары; двое были, видимо, врачами. Шувалов глядел на них с откровенным любопытством.

– Иди туда, – сказал один из врачей и вытянул руку.

– Я просил бы все-таки позволить мне умыться и прочее, – проговорил Шувалов.

– Конечно. Это там.

Шувалов подошел к краю площадки в том месте, где в парапете был выем.

Вниз вела деревянная, из толстых брусьев лестница с перилами. Строение оказалось одноэтажным, еще несколько таких же виднелось по соседству, стены их снаружи были расписаны цветными линиями и пятнами. Цвета гармонировали, смотреть на них было приятно, и Шувалов почувствовал, как утихает в нем поднявшаяся было тревога: все-таки от предстоящего разговора зависело многое.

– Ты боишься спуститься? – спросил тот же врач.

– Я просто любуюсь. Красиво.

Шувалов имел в виду не одну лишь роспись; обширный, обнесенный высоким тыном участок вмещал не только домики – тут и там тенистыми купами возвышались деревья, и каждая группа их была не похожа на все остальные и оттенком зеленого цвета, и формой ветвей, и очертаниями кроны; каждая группа говорила о каком-то чувстве: радости, грусти, уверенности…

– Да, – согласился врач.

 – Может быть, тебе помочь?

– Благодарю. Я сам.

Пока он мылся, санитары не спускали с него глаз. Полотенце было шершавым, грубоватым.

– Я готов, – молвил Шувалов с облегчением.

Его провели к врачу. Там было и похоже, и не похоже на кабинет врача на Земле: светло и чисто, и даже стеклянный шкафчик стоял, но не было той электроники, автоматики, оптики, без которой трудно было бы себе представить современную медицину.

Санитары остановились за спиной, у двери. Врач сидел за столом.

– Садись… Ну, как ты себя чувствуешь?

– Благодарю вас, прекрасно. Но прежде чем я буду отвечать дальше на ваши вопросы, позвольте задать один мне.

– Ну… пожалуйста.

– Долго ли мне придется пробыть здесь – разумеется, в случае, если я буду признан здоровым?

– Не более двух недель. Ты знаешь, конечно, из скольких дней состоит неделя?

– Полагаю, что из семи, если…

– Ах, из семи.

Врач переглянулся с другим, сидевшим сбоку.

– А какой сегодня день недели?

Шувалов подумал. Пожал плечами.

– Откровенно говоря, было столько дел, что я не следил…

– Если ты затрудняешься с ответом, так и скажи.