Мой встречный ветер

Это не проблемы моей низкой самооценки или искаженного восприятия реальности – это просто факт. Я по жизни своей среди отстающих, так что и Полина, и Оля всегда впереди, тогда как я сзади где-то плетусь.

– Ника! – Оля бросилась мне навстречу и повисла у меня на шее. Я осторожно обняла ее в ответ. – Рады тебя видеть в добром здравии… рады тебя в принципе видеть, – хихикнула она. В этом они чем-то с моим любимым братцем похожи: со всей тщательностью помнят косяки кого угодно, только не свои.

– Паша, привет! – и они обнялись, честное слово! Хотя не сидели за одной партой целый учебный год.

И вообще навряд ли когда-то сидели рядом, только если по чистой случайности.

Оля откинула назад невероятно красивые волны светло-русых волос. Повернулась к Полине.

– А Полина знала, что ты придешь. Знала! В то время как я всего лишь надеялась.

– Привет, – улыбнулась я подошедшей подруге.

– Привет, – она улыбнулась в ответ.

Мы с Полиной сдержаннее в проявлении своих чувств.

И обнимаемся только по особому поводу, чаще всего радостному. А в экзамене по английскому вряд ли что-то радостное получится рассмотреть…

– Ветер сегодня на улице просто ужасный, – поделилась Оля, – я думала, мы не дойдем, улетим по дороге куда-нибудь. Желательно, на юга.

– Мы ведь все вместе сдаем? Может, к аудитории? – предложила Полина.

Ну, конечно. Постоять возле аудитории, содрогаясь от страха, – святое дело. Чем дольше, тем лучше. Желательно и ночевать перед ней, чтобы неравнодушные однокурсники разбудили тебя перед экзаменом.

Английский в самом деле принимали у всего потока одновременно, в одной из самых больших аудиторий университета. Как и на зимней сессии. Такой вот крутой экзамен.

Не знаю, каким чудом я хоть что-то сдала зимой.

Мы пошли, и даже Пашка последовал за нами.

Я не особо вслушивалась в то, что Оля думает по поводу погоды. Меня погода устраивала. И я была бы совсем не против, если бы меня вдруг подхватил ветер и понёс, неважно даже куда.

Не так много событий осталось пережить, прежде чем я наконец по-настоящему соприкоснусь с ветром. Два экзамена.

Мне вдруг стало волнительно.

То есть, страшно, попросту говоря. Не знаю, по какой причине: от того, что мне придётся пережить совсем скоро, или от того, что ждет меня завтра, или от того, что я получу, если всё это переживу.

Скорее всего, из-за первого.

Так что я волей-неволей стала идти медленнее.