Мой встречный ветер

Какая честь, вы только на него посмотрите.

– Не хочу, – призналась я. – И о себе рассказывать тоже.

– Я тебя разговорю. У меня талант.

Сколько сомнения было в моем взгляде после этих слов – не описать. Я прямо-таки излучала скепсис.

Тишина все-таки вернулась к нам. Секунд на десять. Потом Ник невинно полюбопытствовал:

– Вот эта вот просьба от Ильи про покатать тебя – к чему она была? Он мне ничего не объяснил. Любовь к молчанию – это у вас семейное?

– Да, семейное.

– А первый вопрос?

Мне подумалось – ну, ладно, как-никак, он мне помогать собирается.

Так что я все-таки решила ответить:

– Проникнуться атмосферой хочу. Чтобы дописать стих.

– Ты, типа, поэт? – и брови взлетели высоко-высоко.

– Можно и так сказать…

– Я тоже когда-то был. Те стихи, что ты читала до того, как я дал о себе знать, мои.

«Я выбрал бы трепетно-белый, трепетно-белый цвет».

– А потом прекратил?

– Перерос.

– Почему?

– Кто кого пытается разговорить, Ника? – он покосился на меня с легким недовольством.

 – Но мне нравится, что ты начала задавать вопросы. Да, продолжай. Ну, перерос. И все.

– Прошла любовь, что-нибудь в таком духе?

– Ты – опасный человек, Ника, – Ник покачал головой. – У вас это тоже семейное? У тебя, наверное, еще и память хорошая? Скажешь тебе что-нибудь, не подумав, а через пару лет это всплывет? И останется только подумать – вау, как это можно было запомнить?..

– У Ильи такая, – согласилась я. – У меня нет.

– Расскажешь?

– Что именно?

– Ну, например, историю про то, как ты забыла что-то важное.

Или тщательно делала вид, что забыла. Нам, конечно, недалеко. Но и не близко. Успеешь.

А народу на улицах, как назло, становилось все больше и больше.

И нас в самом деле время от времени награждали взглядами. Меня немного волновало, что один из этих взглядов вдруг может оказаться взглядом кого-нибудь из моих знакомых.

Ник не был красивым в той степени, как того требует наше общество. Но притягивал к себе неимоверно сильно.

Как будто прятал в себе какую-то особую ауру, к которой так и хочется прикоснуться. Не знаю. Ведь я разговариваю с ним несмотря ни на что…

А я… я-то к себе внимания никогда не привлекаю. Нет ничего выдающегося ни в моей ауре (запутавшейся в лабиринтах собственной души девочки), ни во внешности. Мне вечно что-то в себе не нравится. Слишком скучные, лишенные ярких красок глаза. Слишком бледные губы. Слишком круглые щеки. Слишком упрямые волосы.