Научный «туризм»

Ну – один к одному оболонские бомжи – 2 мужика и одна женщина. Заросшие, загорелые, с грязными сумками, один с удочкой. Ну, может, выглядят чуть поприличнее наших – все же страна развитого капитализма, а не нашего дикого, имени Леопольда Давиловича Чучмы. И вид у них был значительно жизнерадостнее, чем у наших, хотя причиной тому, вероятно, было наличие стеклотары (должно быть не пустой), позвякивающей в одной из сумок.

Позже, гуляя по городу, я забрел в, скажем так, менее аристократический район, с неграми, подозрительными субъектами возле магазинов.

Оказалось, что бомжи не такая уж и редкость в городе – просто надо знать, где их искать.

Затем у двери своего дома нашел призывы сдавать старую одежду – для нуждающихся. Ну, мне сдавать было нечего, я бы и сам не отказался от какого-нибудь пожертвования в виде свитерка потеплее. В начале июня по дороге на работу я обнаружил возле тропы в кустах спящего человека – полная аналогия с нашими бомжами на берегу озера. Правда, на настоящего бомжа он был не очень похож – приличный спальник, да и одежда вполне сносная.

Наверное – один из местных моржей, а может быть, семейный конфликт вытолкнул бедолагу в объятия ночи… Жены, сами знаете, всякие бывают. Такие жены бывают, что ужас! Но это отдельная тема.

А на втором месяце проживания, идя утром на работу, я впервые увидел двух полуголых «ночных бабочек». И где! В родной Марине! Ну, бабочками их, положим, трудно было назвать, особенно одну из них, под центнер весом. Если продолжать пользоваться энтомологической терминологией, то, скорее – гусеница от ночной бабочки.

Для меня это было шоком! Я уже было, начинал думать, что древнейшая профессия каким-то непостижимым образом обошла Суонси стороной, образовав такой себе аномальный оазис нравственности, и вдруг – такое! Причем, разврат происходил в одном из этих дорогих катеров. Можно сказать у меня перед глазами.

Развлечения

Летом, наверное, купаются. Хотя, судя по всему, до глубокой воды здесь надо брести километра два. А поскольку у меня желание купаться обычно пропадает при заходе в воду по колено – то берут меня большие сомнения, смогу ли я здесь купаться вообще.

Особенно при их диких ветрах.

Серфинг. Уже в конце апреля я видел придурков, залезающих в море с доской и парусом. Один при мне ранним холодным утром (правда, одетый в резиновый костюм), в дождь поперся на этой доске в штормящее море, как-то умудрился при таком волнении взобраться на нее, и уже через 5 минут был на средине залива.