Научный «туризм»

однажды готовил иллюстративный материал уже в процессе отчета. При этом он рисовал графики от руки на обрывках бумаги. Академик Сытник, высоко оценив представленные научные материалы, все же посоветовал Анатолию Владимировичу в дальнейшем, перед тем, как разрывать бумагу – проводить ногтем большого пальца по сгибу, чтобы поля «графиков» выглядели ровнее.

Однажды Эмилько поехал на стажировку в какой-то московский институт. Там, ожидая в приемной директора института, он прилег на стоявший здесь кожаный диванчик – у него были проблемы с позвоночником.

В это время в приемную вошла старушка (профессор) очень преклонного возраста – такое себе сгорбленное, засушенное существо. С удивлением осмотрев Эмиля, лежащего в развратной позе, она сказала ему, что работает в этом институте уже более 60 лет, но впервые видит, чтобы кто-то лежал на этом диване.

Несмотря на определенную «суковатость», Эмилько в целом был неплохим хлопцем. Мы с ним сошлись по части жратвы. Я в те времена активно осваивал мир киевских ресторанов, Бузик же мог меня провести в «Лыбидь» или «Интурист», где у него были связи, и куда меня с моей полудетской физиономией обычно не пускали.

Частенько в конце рабочего дня мы заходили на Бессарабку и набирали овощей, зелени, сыров, копченостей и затем устраивали пышный ужин в «аспирантской» комнате. Именно Бузик приобщил меня к хорошим грузинским винам и коньякам (настоящим!). А 30-летний «Тбилиси» (45

, мягкий, совершенно без привкуса спирта, с чудесным букетом – я помню, что струйка лилась в рюмку, как ликер) и по сей день остается самым лучшим коньяком из всех, которые я пробовал в своей жизни (а попробовал я их, господа, поверьте на слово, немало).

И вот недавно я узнал удивительную новость. Эмилько, отбросив к черту всё своё княжеское достоинство и осквернив фамилию еврейской приставкой Брук (Брук-Бузукашвили), переселился в Израиль. Так что, ребята, теперь с израильской биологической наукой все будет в полном порядке.

Куды ж ей бедной деться!

P. S. В середине января 2008 года из Израиля пришла печальная весть – нашего Бузика (неполных 54 года) не стало.

Мои “принципы”

Несколько азбучных истин, которые автор почерпнул, до которых он дошел лично, и которым он пытается следовать в своей многотрудной жизни. С его же комментариями.

Мне не нравятся принципы, мне нравятся люди.

А больше всего мне нравятся люди без принципов.

(Не помню, кто сказал).