Научный «туризм»

Ваня (чудный ребенок 6 лет) все время пытается соскочить в разговоре на английский. И хотя дома ему это запрещают (…а що це ти заговорив iхньою собачою мовою!..), чувствуется, что ему очень хочется общаться простым и надежным языком, вместо того, чтобы ломать себе язык русскими падежами.

Лаборатория

Существуют 2 варианта вывода нашей науки из кризиса – фантастический и реалистический. Фантастический – это мы сами ее поднимем. Реалистический – прилетят марсиане и помогут.

Между аккуратными зданиями из красного кирпича, расположенными на территории центра, стоит большой уродливый сарай грязно-желтого цвета.

Это и есть наша лаборатория. Завлаб мне сказал, что как только я закончу свои исторические исследования, здание снесут. И действительно, за 3 дня до моего отъезда к сараю подогнали технику и начали ломать с одного конца. В ответ на выраженную мной озабоченность завлаб меня успокоил, сообщив, что до воскресенья (дня моего отъезда) еще постоит.

«Начинка» лаборатории произвела на меня впечатление.

Приборы, на покупку каждого из которых надо потратить половину научного бюджета Украины, стоят там десятками и, в общем-то, без большой загрузки. Современные хроматографы, приборы для PCR, позволяющие наблюдать процесс накопления ДНК по ходу реакции, точные пипетки, высококачественные реактивы… И все же, когда Дима завел меня в один из корпусов Национального Института Здоровья – NIH (организации, по сравнению с которой NASА – просто босяки и голодранцы), я испытал легкий шок. Исследование, на которое у нас даже в лучшие времена уходило 2 года, с помощью показанного мне прибора можно было осуществить за 15 минут. В тот момент я ощутил себя просто таки пещерным дикарем. Короче, там я понял, что мы уже никогда, нигде и ни при каких обстоятельствах не догоним американскую науку. Тем более, что двигаемся мы пока в противоположную сторону.

За 3 месяца работы в лаборатории, я извел только резиновых перчаток на сумму, значительно превышающую мои расходы на научное оборудование и реактивы в Киеве за две пятилетки.

Не говоря уже о том, что фасовка воды (1 л), которую мы использовали для помывки гомогенизатора (только!), стоит около 6 долларов. Для приготовления же реактивов использовалась особо чистая, специально обработанная вода, о стоимости которой я могу только догадываться. Хотя, деньги американцы считать умеют. Перерасход TRIzola обсуждался в лаборатории так же остро, как и наши неудачи при выделении ДНК.