Избранное-2019. II Всероссийский литературный конкурс о животных «РяДом»

К счастью, рыбаки (думаю, это все же были рыбаки, а не егеря) одумались и оставили лосей в покое, отплыв чуть подальше от них. Лоси снова соединились и направились правому берегу, куда двигались изначально.

А рыбаки, наверное, возобновили утренний лов. Много их, рыбаков, на Волге и Каме. Иногда целая флотилия моторок собирается в особо рыбном месте. И в свой бинокль я часто вижу, как втягивают в лодку блестящую добычу. Не стерлядь, конечно, не белугу, но, судя по количеству копченой и вяленой продукции, которую продают на берегу, рыба в Волге и Каме пока еще не перевелась.

Идёт по реке теплоход. Остаются за кормой поля и леса, деревни и сёла. И вот уже не различает глаз сбежавшиеся к реке деревья, дома и избушки. Солнце заливает реку, и берег.

Катерина Ермышова. «Реинкарнация»

Меня в который раз вытаскивают из гроба моего хозяина. Он лежит там уже несколько часов. Опрятен, причесан, недвижим. Я царапаю руки другу моего хозяина, посмевшего вытащить меня за шкирку, и прячусь под диваном.

Я прохожусь по всем комнатам и осматриваюсь. Останавливаюсь около брошенной на пол еще моим хозяином игрушечной мышки и поддеваю ее лапой. Она слабо пищит и падает на пол, уставившись в потолок глазками-бусинками.

Слышу звук открывающейся входной двери и бегу к ней, судорожно подергивая хвостом.

Но из гроба, как известно, выхода нет.

На пороге стоит Мардж – сестра моего хозяина.

Она опускается передо мной на одно колено и гладит по голове. У нее красные опухшие глаза и ужасно уставший вид. Не удивительно – из всех, бывающих здесь людей, искренне его любила лишь она.

– Ну что, Рыжик, будешь жить со мной? – ее теплая рука раз за разом проходится по моей голове.

Я согласен.

Уклоняюсь от очередного поглаживания и бегу на кухню. Беру в зубы свою мышку и возвращаюсь к Мардж.

– Ты моя умница, – говорит она, а по ее щеке катится слеза.

А я, вот, плакать не умею.

***

Уже четыре года я живу у Мардж.

Она любит меня. Вечерами она читает мне книги вслух и поглаживает по голове.

Я сворачиваюсь комочком и успокаивающе бурчу внутренним моторчиком. Несмотря на уже давно наладившуюся жизнь, вечерами я вспоминаю своего Томаса. Как жестока бывает с нами жизнь. Самый дорогой в твоей жизни человек может уйти, вот так, просто попав под машину.