Неприятно познакомиться, ведьма

– Хотела прогуляться с Яной до речки… – Оля вздохнула. – Но она, похоже, не хочет составить мне компанию. До сих пор хранит старые обиды.

– Ошибаешься, – отозвалась я.

– Ты все-таки меня простила? – сверкнули глаза Оли.

– Я на тебя не обижалась. На убогих не обижаются.

Оставалось только с гордостью задрать нос, что я, в общем-то, и сделала.

– Яна! – ахнула тетя.

Оля обиженно поджала губы, но язык показывать я все-таки не стала. Не настолько опустилась, так-то. В отличие от.

Оля провела ладонью по рыжей косичке и горестно-горестно опустила голову.

На публику играла, конечно же. И тетя, которая в свое время была экспертом в области человеческих эмоций, в это представление поверила, упрекнула меня:

– Извиняйся, Яна. Ты ведешь себя просто некультурно. Хотя, что таить, в этом твоем поведении я отчетливо вижу своего брата.

Я промолчала. И не потому, что за отца было обидно или слова закончились в голове – слов было множество, и все они представляли собой нечто обидное. Просто, открой я рот, они тут же прозвучат… а с тетей ссориться я не хотела.

Ее доверие к Оле можно оправдать: они с ее мамой приятельницы, поэтому тетя видит Олю чаще меня. И легче поверить обольстительной овечке, чем замкнутой в себе злюке.

– Хорошо, – отозвалась тетя. – Значит, сейчас вы идете с Олей к реке, и по дороге ты приносишь извинения, раз уж стесняешься говорить их при нас. Или ты, Оля, больше не хочешь общаться с такой грубиянкой?

Пашка переводил взгляд то на меня, то на Олю, то на собственную маму.

Может быть, решал, к кому примкнуть? Но пока сохранял нейтралитет. Умный мальчик: двигаться сейчас было опасно.

– Я могла бы… – протянула Оля.

– Не стесняюсь я… – одновременно с ней заметила я.

Мы встретились глазами, и Оля чуть пожала плечами.

Вот очень интересно, что она задумала на этот раз? Решила что-нибудь выведать, чтобы потом против меня использовать? Так я не настолько наивна теперь, чтобы говорить о себе какие-то факты, которые такой дамочке знать не следует.

– Вот и замечательно. Удачи.

Тетя была строга, как никогда.

Я молча протянула Пашке самолет, и братец, тоже не произнося и слова, взял его из моих рук. Потом, не вытерпев, прошептал:

– А когда будешь делать аренду?

– Вернусь – и сделаю, – пообещала я. – А хотя… Я же ещё прополола картошку не до конца.

Хозяйственный Пашка покачал головой, а тетя заметила, что я ещё успею это сделать. И действительно: кажется, я здесь надолго.