Возвращение в тайгу

Вместо этого он быстренько вскрыл свой чемодан, достал спортивный костюм и здесь же переоделся.

– А теперь можно и расслабиться. Тебя, кстати, как зовут?

– Алексей.– Машинально ответил я.

– О, а я Александр.

– Надеюсь, не Македонский.

– Нет. Но ты чуть не угадал – Невский. Не веришь – глянь. Вот моя ксива. Читай.

Действительно, в его паспорте было написано: Александр Владимирович Невский, 1960 года рождения. Место рождения: Магдагачи, Амурской области.

– Я смотрю – родом из Амурской области. Домой едешь?

– Да не-а.

Я сейчас в Бердске осел. Это сразу за Новосибирском будет. Там у меня все схвачено. Своя база, кореша. Хотя основной бизнес в Новосибирске. Сам понимаешь: большому кораблю – большое плавание. Но у меня и в Новосибирске квартира шикарная есть. Будешь в городе – заходи.

– Навряд ли. Я намного дальше еду. Дела.

– Жаль. Ну, вот хотя бы визиточку мою возьми. Меня даже в Барнауле знают – помогут, если что. Хотя тебе не по пути. А сейчас я в Ачинск еду. Бизнес.

– Спасибо.

Но меня сейчас волнует другое, и, возможно, не менее важное.

– Что такое?

– Открыла ли проводница второй туалет или нет? Залив в себя столько пива под рыбку, в очереди стоять будет не фонтан.

– Ха-ха-ха. Будь спок, братан. Все схвачено. Я уже отслюнявил стюардессе капусты, и она у себя толчок прикрыла. Только намекни – дверца и откроется. А может ей шепнуть, и она водочки подтянет к пиву?

– О, нет. Знаю, что пиво без водки – напрасно выпитый напиток, но у меня после ерша жутко болит голова.

Даже таблетки не помогают.

– А сто грамм?

– Тоже. Проверял. И не раз.

– Ну, смотри. Я предложил – ты отказался. Я тогда тоже не буду. Разомнемся только пивом. Начинай. Вот газета под косточки.

– А вот косточки обсасывать – это кайф.

А-а, не говори. Я тоже от этого балдею.

– Много ли человеку для счастья надо.

– И не говори, братан. Хорошо сидим.

– Ой, хорошо.

Сосед, оказывается, отслюнявил проводникам не только за туалет, но и за два оставшихся места, поэтому мы ехали до его остановки вдвоем.

Да, вдвоем, но в окружении множества бутылок, которые регулярно подносил проводник. Голова моя все-таки от такого обилия пива болела. И, вообще, мы сейчас с ним жили, как в той рекламе: я пью и писаю, невозможно остановиться. Доев очередную рыбу, я собрал чешую и кости в газету, открыл дверь и пошел к мусорному ведру.

– Девушка, а что за станцию только что проехали?

– Чернореченское.

– Чернореченское? Спасибо.