Эхолотэя

Не зная, куда отправился Макс, то есть его душа, вселившаяся в человека из этого мира, амазонка просто шла всё время вперёд, никуда не сворачивая.

Всматриваясь в колышущиеся, от небольшого ветерка, водоросли, Хелена выискивала хоть какой-нибудь след, что мог оставить после себя человек, но всё было напрасно.

Обернувшись, амазонка взглянула туда, где только что прошла, примяв ногами водоросли. Но они уже скрыли все её следы, не оставив даже намёка на то, что здесь кто-то ещё недавно прошёл.

«Интересно, ну и где мне искать того человека, в которого вселилась душа Макса, когда на земле не остаются никаких следов?» – подумала Хелена, вновь пускаясь в дорогу.

Внимательно вглядываясь, поворачивая в разные стороны голову, Хелена выискивала в этом поле из колышущихся водорослей, какой-либо предмет или оставленный человеком знак. Но пройдя километр или немного больше, амазонка так ничего и не увидела, хотя зрение у неё было отличным.

Пройдя ещё пару километров, Хелена увидела на горизонте, где поле из водорослей встречалось с небом, какое-то строение.

Но с того места, где она остановилась, чтобы немного перевести дух, разобрать было нельзя, что на самом деле это такое.

Долго не мешкая и не раздумывая, что её ждёт там впереди, амазонка направилась к этому строению, с каждым шагом прибавляя темп.

***

Пройдя несколько часов, в его мире или в мире Русалочья Заводь, где последнее время жил Максим, давно бы уже наступила ночь, а в этом мире, куда он попал (Макс до сих пор не знал, что его душа вселилась в тело другого человека), ночь так и не опускалась на землю.

В небе не было ни солнца, ни луны со звёздами, а на улице было светло, как днём.

Не зная направления и сторон света, в которое он идёт, Макс просто шёл всё время вперёд, куда глаза глядят, временами останавливаясь и усаживаясь в мягкие, как пух водоросли, чтобы немного передохнуть.

Но, что было интересно, за всё это время, что он находился в этом мире, Макс не ощущал, ни голода, ни жажды.

Его организм словно питался воздухом вместо пищи, а тело не знало никакой усталости.

Примерно через десять часов пути, по внутренним ощущениям, ночь так и не наступила, а Макс наконец-то покинул поле из водорослей и вышел к небольшим горам, скорее холмам.

Горы уже много тысяч лет назад, как разрушились от сильнейшего землетрясения, а на их месте остались небольшие холмы и возвышенности, которые поросли небольшими деревцами, скорее смахивающие на кусты.