Ледяной мир 2. Возвращение в Голубой мир

Здоровенный мужик, шире в два раза в плечах своего хозяина и выше на целую голову, испарился в считанные секунды, словно его здесь и не было.

– Проходи и присаживайся, – произнёс королевский казначей, сейчас мой оболтус принесёт нам вина. Мы выпьем, и ты мне всё расскажешь, какое у тебя ко мне дело и зачем пожаловал в мою скромную обитель.

Только дождавшись, когда вернётся слуга и нальёт в бокалы вина, а потом, вновь испарится, прикрыв за собой дверь, Якуб сделал глоток и заговорил:

– Мне нужно встретиться и поговорить с Филлитом.

– Могу, но после исчезновения Клауса, король не хочет с тобой разговаривать и вести какие-либо беседы, – приподнял свой бокал Леонид и сквозь него взглянул на старика.

– Вот об этом я и хочу с ним поговорить, – продолжил старик. – Но и не только об этом, – сделав ещё пару глотков вина, добавил Якуб.

– Послушай Якуб, – произнёс Леонид, – а не лучше ли тебе с этим вопросом обратиться к Мерлидорфу, ведь он приятель твоего хозяина и король его …

– Не могу! – перебил королевского казначея старик, выпалив ему в лицо.

– Какая такая причина мешает тебе это сделать? – поинтересовался хозяин дома.

– Никакой причины нет!

– Ну и что тогда?

– Мерлидорф, – вновь сделал из бокала небольшой глоток вина, чтобы промочить горло и выдавил, словно вытягивая свои слова из глубин своей души, – два часа, как уже мёртв.

– Что?! – вскочил от неожиданной новости королевский казначей, при этом выронив из рук свой бокал.

Красное вино разлилось по полу, образовав тёмное пятно, словно здесь кого-то убили, тело убрали, а вот кровь замыть забыли.

Моргая глазами и открывая беззвучно рот, словно рыбу выбросили из воды на берег, Леонид стал раскачиваться на ногах, как маятник и чуть тут же не повалился на пол в лужу.

Якуб, поставил свой недопитый бокал на стол и резко поднявшись, удержал Леонида, от падения.

Усадив его обратно в кресло, старик сунул ему в руку свой бокал и, чтобы вывести королевского казначея из ступора, в котором тот оказался после его слов, рявкнул:

– Пей!

Леонид, как сомнамбула, поднял бокал и, припав к нему, стал жадно пить, словно его мучала жажда, после долгой дороги.