Грубые будни. Роман из цикла «Пространство холода»

Филармония, однако, Большой зал, приличная публика, семьдесят восемь люстр. Впрочем, ей было всё равно. Но не мне – я хорошо помнил, как был здесь с Кирой. Совпадения буквально преследовали меня.

Билеты в партер Алла проигнорировала, мы поднялись на хоры, где было почти пустынно. Возражать против этого я не стал, она вправе выбирать, Вивальди – он и на балконе Вивальди, а рассматривать симфонический оркестр и маленького японского дирижера, колдующего волшебной палочкой. В нашей паре я был лицом ведомым, против чего не возражал.

И мог осторожно обнимать спутницу за почти обнаженную талию – почти в рамках приличия. А, может, можно и нужно было и нарушить?

Бесконечная вечная музыка, шампанское в антракте для нее, и апельсиновый сок для меня.

Девчонка снова взяла меня за руку, нежное прикосновение. Не реагировать, держаться естественно.

– Спасибо за прекрасный вечер, какая энергетика. А с Вами, – ещё прекрасней, – на этот комплемент я вполне имел право. Однако время для сантиментов закончилось, ибо налетел сильный порыв ветра, с небо посыпалась снежная крошка, затем и снег, осенний, плотными хлопьями.

Пришлось припустить к припаркованной неподалёку машине.

– Скажите, как все быстро меняется. Погода….

– Да уж, где живём, и так долго держалось лето. Сейчас включим и согреемся.

Я посмотрел на девчонку, и понял, что сегодня нам предстоит обмениваться нейтральными фразами, обсуждать концерт. Но мне сложно было вклиниться в мир незнакомой мне музыки. То есть, что-то откладывалось в мозгу, и были старые воспоминания.

Тормозила необходимость держать все под контролем. И все же мы оба чувствовали себя обновлённым. Я поймал себя на мысли, что говорю, думаю – мы, это неправильно, отмщение ещё не свершилось, но Алла здесь.

– Хорошо, тепло.

– Спасибо, что пригласили, после такой музыки чувствуешь себя воспарившим, извини, не знаю, как точно…

– Ага, я тоже хожу, только редко и одна.

Конечно, я здесь не причём, и понимаю это. А вдруг – наоборот, намёк?

Девушка пристегнулась, откинулась на сиденье, приподняла подол – длинное платье, и неудобно, понимаю.

Помочь, не выпуская руля. Рука на коленке. Легким касанием. Детский сад…

– Я живу с родителями, так что… – она замялась… – не могу пригасить к себе…. А ты?

– Один, только свечей нет, – я говорил именно то, что полагалось, не более, остальное – в подсознании.

– Есть, – из маленькой концертной сумочки, клатч называется, извлечена фигурная тёмно-бордовая свечка.