Синдром Рыжей. Роман из цикла «Пространство холода»

Я усердно принимал клиентов, давал им идиотские, с точки зрения нормального человека, консультации, в которые они безоговорочно верили и, что самое интересное, зачастую приносили положительный эффект.

Как это написал Тихий – «Необходимо выговориться перед посторонним человеком и облегчить душу». Мне же положительные эффекты приносили живую наличность, необходимую для пусть не роскошного, но и не бедного существования. О моей частной практике, само собой разумеется, в больнице известно не было никому.

Так надёжнее. И всё равно, когда выдавалась свободная минутка, я снова думал о Тихом и его рыжих.

Откуда, кстати, появилась Рыжая-1? Из текста понятно, что они работали где-то вместе, и увлеклись друг другом, но затем Тихий в какой-то момент просто наскучил ей, либо Рыжей-1 надоели свидания урывками – как это знакомо, может, и приносящие некоторое сексуальное удовлетворение, но не имеющие ни будущего, ни материальной основы. Нет, он же писал, что не был близок с ней.

И тут же – совершенно противоположное.

Или появился другой, кто смог завладеть не только её телом, но и душой, или же она поняла, что муж, во всяком, случае, ей дороже. Тихий о нём никак не отзывался, но писал, что Рыжая-1 счастлива в браке. Значит, он был какое-то время только дополнением. Загадка. Впрочем, легко решаемая – Тихий был настолько погружён в собственное «Я», что смог только завоевать, но не удержать богом подаренную женщину, и разрывался между ней и семьей.

Впрочем, весьма вероятно, что Рыжая была вообще одна, или её вовсе не существовало, кроме как в его воображении. А девушка из электрички?

На следующий раз мне сказали, что Тихий совсем не подходил к компьютеру, только бродил безучастно по отделению, выполнял просьбы медсестер, иногда сидел на подоконнике и сквозь зарешеченное окно смотрел куда-то вдаль. Курил в туалете, но ни с кем не разговаривал и лишь смущённо улыбался.

Сегодняшнее его состояние вызвало серьёзные опасения, и шансы на выздоровление – хотя, повторяю, с деятельностью мозга было все в порядке, – показались мне практически минимальными.

Кстати, я так и не удосужился просмотреть его историю болезни.

Опять вечер, и я один в кабинете. Анна Сергеевна – в сестринской, и потому можно быть совершенно спокойным. По штату нам требовался ещё один врач, но пока приходилось обходиться вдвоём.

Дневной приём достаточно сильно выбил меня из колеи.