Рентген. Остросюжетные любовные романы

Женщина же, случайно согрешив, будет каяться – нет, не перед мужем, а корить себя. И с этим ничего не поделаешь. Если для неё это, действительно, не является системой. И что?

– Однако, – он продолжал, – весеннее солнышко растопило мои грустные мысли, и я немного погулял, чтобы развеяться, сходил в магазин, переделал множество мелких дел, а вечером окончательно выписался.

Домашние были рады этому положительному факту, настроение свое мне удалось искусно скрыть, и я был нежен с женой. Но постарался лечь, когда она уже заснула.

Наверное, то же было и с моей внезапной любовницей. И никто ничего не узнал и не заподозрил. Ибо быт есть быт, а, если мы долго живем, то и любовь неизбежно присутствует. В противном случае сожительство аморально. И я пытался разобраться в себе и в своих поступках, но тут закрутило, и мне даже подумать было некогда. Нет, вру. Видения преследовали меня, и избавиться от них можно было, только полностью загрузив себя работой. И то лишь на время.

Не прошло и недели, как я, без предварительного звонка – а куда, собственно, припёрся в стандартное трёхэтажное здание, скрытое за панельной девятиэтажкой.

Грешен, но в моём кейсе уютно пристроились бутылка шампанского и коробка конфет – обычный презент при выздоровлении. Я скромно дождался, пока не вышел последний посетитель, и только после того проник в кабинет. Не предполагая, как меня встретят, я не без робости поздоровался.

– Вот, пришёл по случаю выздоровления.

Звучало, конечно, слишком казенно, однако слова застревали в глотке.

Несмотря на предыдущий успех, я не был уверен ни в чем. И извлек из дипломата незамысловатое угощение. Гм. Милая докторша только посмотрела как-то вскользь, а длинная модель вскочила, радостно захлопала в ладоши:

– О, как хорошо! Сейчас поставлю чайник, посидим. – В ней бушевала неукротимая энергия молодости, как будто позади не было тяжелого трудового дня. Она вскочила и направилась в ту самую комнату с архивом.

Елена подняла на меня глаза:

– Зачем? Зачем вы пришли? Вроде никаких вопросов и осложнений нет, так что.

Она замолчала, и снова уткнулась в картотеку.

– А профилактика? – неуклюже попытался пошутить я, но понял, что слова мои падают в пустоту. И тишина повисла в воздухе. Я переминался с ноги на ногу, отдаляя неизбежный момент ухода, но тут появилась Маша.

И мы уселись за маленький столик – я – на единственный стул на металлических ножках, мои визави – на тот самый диванчик.