Оля остается в Арктике

Но если человек любит, то он по любым обстоятельствам пройдет, как по тротуару, и не заметит. Любовь преодолевает все. Ты же начал колебаться, столкнувшись с первой же мелочью. Значит, ты меня не любишь.

То, что Славик годится мне в отцы, – это как раз то, что мне нужно. Мне не настолько нужен муж, насколько отец и защитник. И последнее, насчет сговора. За долгие годы Славика я вижу впервые – так же, как и ты. Я разговаривала с ним только в твоем присутствии. Но у женщины такая природа – с первого взгляда знать, что мужчина думает о ней и на что он способен.

Кроме того, он не женат, и никогда не был женатым, и я знаю, по какой причине. Я хорошо знаю историю его жизни и любви. Она, можно сказать, трагическая. Все это в совокупности дает мне возможность полагать, что он может на мне жениться. А в случае, если я беременна и рожу, Славик запишет на себя нашего ребенка и, думаю, будет ему хорошим отцом.

Андрея стало коробить чувство ревности, его сердце затрепетало. «Что я делаю, – подумал Андрей, – еще одно мое подобное слово, и Катя скажет: нет! Это будет значит, что в ее сердце появилось отвращение ко мне.

Тогда мне придется встать на колени. Но в этом случае Катя окончательно увидит во мне ничтожество. И это будет конец. И правда, все же – какой я негодяй! Из-за какой-то чепухи заставил любимую женщину стоять чуть ли не на коленях и оправдываться передо мной. Она красавица, она принцесса, она чиста, как стеклышко. А я стою и издеваюсь над женщиной, перед которой должен сам стоять на коленях».

Андрей сделал шаг к Кате и сказал:

– Катенька, дорогая, прости, я сначала тебя не понял, я думал – это нравственное, прости, Катя. Мне не нужны ни деньги, ни должности, ни генеральские погоны. Мне нужна только ты – одна-единственная и на всю жизнь.

Катя и Андрей подошли друг к другу, поцеловались и, обнявшись, долго стояли, радуясь тому, что они вернулись друг к другу, что соединились их сердца и чувства. Потом сели на диван, смотрели друг другу в глаза, слегка бились лбами и смеялись над глупостью, которая чуть ли не стояла им счастья и которую чуть не совершили.

И так на радостях уснули.

Сколько спали, неизвестно. Ложились – темно, проснулись – темно. На часах около двенадцати. А чего около двенадцати? Дня или ночи – непонятно. Стали откручивать события: гуляли до двух часов ночи. Потом часа два-три выясняли отношения. Потом добрых полтора часа мирились. Значит, сейчас около двенадцати дня. Значит, загс работает.