Оля остается в Арктике

Те, кто что-то знает, сидят в управленческих пунктах и управляют этим «военным муравейником». С востока поездов идет меньше: в основном с ранеными, искалеченными, пленными – вызывающими жалость и сострадание; вагоны с трофеями. Но в основном мчится порожняк – за очередной партией снарядов танков, пушек и пушечного мяса.

В первый день в тупике жизнь была веселая: перезнакомились с соседями, обсуждали проводы и приезд в Петербург, встречу с императором, родными и близкими Антона. Даже обсуждали обратный путь.

Пели песни, надеялись, что с минуты на минуту отправят. Но уже на вторые сутки стоянки настроение полностью упало. Отъезд стал мечтой. Кроме того, вагоны не отапливались – люди ходили, сидели и спали в верхней одежде. Через три дня закончились продукты, начались большие трудности с водой. Казалось, что о них забыли, и впереди ожидает неизвестность. Но о них, конечно, не забыли. Они просто никого не интересовали – ни их судьба, ни их жизнь.

– Дорогой, – обратилась Нинет к Антону, – у меня сформировалось твердое убеждение, что мы погибнем либо здесь в тупике, либо в дороге.

Но все же, если доберемся до Петрограда, вряд ли мы этому обрадуемся. А поскольку расстояние до Петрограда в десять раз больше, чем до Парижа, я предлагаю вернуться обратно в Париж. Что скажешь, Оля?

– Конечно, – согласилась Оля, – поездка оказалась совершенно не такой, как представлялась. Можно сказать, поездка еще и не начиналась. Но уже абсолютно очевидно, что самое правильное решение – вернуться, пока это еще возможно.

Что скажет папа? – спросила Оля.

– Я с самого утра обдумываю этот вопрос. Думаю, вам с мамой обязательно нужно вернуться. Я же вернуться не могу. Меня вызывает император. Я обязан ехать. У вас с мамой такой обязанности нет. Вы просто едете на прогулку, поэтому вам нужно вернуться. Я настаиваю, чтобы вы вернулись – пока что это возможно.

– Что скажешь, мама? – спросила Оля.

– Если возвращаться, то всем! – решительно заявила Нинет.

– Ты, Нинет, хочешь, чтобы я тоже вернулся? Это грубое нарушение государственной дисциплины и служебной субординации! Я должен встретиться с императором.

– Судя по политической обстановке в России, – ответила Нинет, – нас там встретит не император, а Керенский со своей компанией в сопровождении генерала Алексеева. Но, вероятно, нас вообще никто не встретит. Там будет не до нас.

Уже два года думская верхушка подкладывает грабли под ноги императора.