Новые эльфы

У Келеэля была слабая надежда впечатлить этого молодого эльфа зрелищем эффектно выполненного портала. Она пошла прахом: с безукоризненно застывшим выражением лица тот оглядел предложенное средство перемещения и без трепета шагнул внутрь.

– Устраивайтесь, – кивнул архимаг на глубокое кресло. – Меня, если вы не помните, зовут Келеэль, и именно я перенес всех вас в наш мир и наделил новыми телами.

– Я помню, – кивнул шаман, – меня зовут Михаил, можно Михаэль или Мих, но это вы, думаю, уже знаете.

– Почувствовали слежку после пробуждения? – учтиво осведомился архимаг, мысленно еще раз напоминая самому себе о проверке мощности маскировочных чар на подсматривающих артефактах.

– Просто она должна была быть по законам жанра, а значит, она была, – несколько непонятно ответил его собеседник. – Могу я поинтересоваться, где наш последний спутник? Когда вы тянули нашу группу в свою лабораторию, он еще был, неужели Зиритаэль остался на Земле?

– Земля – это их мир», – подумал архимаг и, немного помолчав, решил сказать правду.

– Нет, он перенесся сюда вместе с вами, но, увы, не смог приспособиться к новому телу. Его душа ушла в иные планы. Какие-нибудь обряды нужно справить? Я готов помочь, если надо, или позвать клирика. Понимаю вашу скорбь… хотя особой скорби в вашем голосе что-то не слышно.

– Я бы мог сказать, что мне очень жаль, что его нет с нами, но в таком случае я бы соврал.

Я почти не знал этого новичка, да и вряд ли кто-то из остальных знал его лучше, к нашему отряду он присоединился, замещая заболевшего товарища. Не думаю, что стоит делать пустую могилу, ведь его тело похоронят как подобает.

– В таком случае, может быть, нам сосредоточиться на более насущных проблемах?

Слегка поколебавшись, волшебник отверг идею порыться в мыслях юного эльфа. Все-таки шаман… и далеко не бесталанный, раз смог сохранить свое сознание после смерти, да еще и нескольких друзей поддержал.

Не то чтобы он смог бы сопротивляться Келеэле, все-таки сила и опыт были на его стороне, но вот незамеченными действия мага не остались бы, а он не любил, когда о его некрасивых поступках знали другие. Потом иногда приходилось устранять этих свидетелей. А избавляться из-за минутной прихоти от эльфа, с таким трудом возвращенного к жизни, было глупо.

– Я только что сам хотел это предложить.