Пламя подлинного чародейства

Мочку уха говорившего украшала длинная деревянная серьга в виде весла, достающего лопастью до линии подбородка.

– Походка не та, – фыркнул его собеседник. – Те, которые вначале шли, явно дураки деревенские, наверно, сюда из-за неуплаты налогов угодили. За ними горожанин. А последний… Да никак к нам благородная птичка залетела! Ишь как нос морщит, значит, не привык нюхать, чем жизнь-то настоящая пахнет.

– К нам – и персона голубых кровей? – не поверил обладатель весла. – Нет, ты, Шнырь, конечно, знатный ворюга с глазом, на всяческих персон наметанным, но здесь явно дал маху.

Даже признанного бастарда, провинись он по-крупному, скорее бы убили, чем в штрафной легион сунули под клинками да копьями настоящей армии помирать, злость и опыт в солдатиках воспитывая.

Стражники, закончив свое дело, вышли и, судя по глухому стуку, заперли дверь снаружи на тяжелый засов.

– Он колдун, – внезапно сказал единственный в их компании старик, разлепив до того молчавший рот. На испещренное морщинами вдоль и поперек лицо свешивались седые космы, и оттого вид человек имел сильно неряшливый, даже несмотря на почти новую и не слишком грязную теплую черную куртку, болтающуюся на его худых плечах, как на скелете.

 – Темный. Совсем слабый. Служит кому-то из богов, но не Отцу Времен и не господину зла, владыке льда Сакраешу. Щенок!

И, подорвавшись с места, старик стремительной походкой направился к столпившемуся перед самыми дверями барака народу, почти ослепшему от резкой смены освещения.

Люди с его пути разбегались, а если не могли из-за плохого состояния, то расползались. Будто не почти доживший свой срок человек шагал, на которого даже дышать боязно было, а нечто большое и страшное. Или просто страшное. К примеру, очень-очень ядовитая змея.

– Ну, щас начнется, – с довольным видом протянул хозяин длинного кинжала, приготовившийся смотреть увлекательное зрелище. – Не люблю колдунов, но Черм своих собратьев люто ненавидит. Прирезать бы его, да где взять другого? К нам чародеев бросают редко.

Тем более чего-то стоящих, а не деревенских колдунов, без своих травок вообще ни на один фокус толком не способных.

– За что его вообще сюда отправили, знает кто-нибудь? – осторожно спросил названный Шнырем.

– Донос в инквизицию пришел, – пожал плечами еще один представитель элиты барака. – А она взяла да и проверила, правдив он или как обычно. Мы со стариком в одной партии сюда попали, слышал, что конвойные говорят.