Приморская разруха

– Я и делю в основном, – пожал плечами выпрямившийся с добычей поп, извлекая откуда-то из недр рясы довольно засаленного вида Библию, от которой тем не менее тянуло столь мощной концентрацией светлой магии, что одно прикосновение данной книги должно было бы упокоить на месте среднестатистического живого мертвеца. – Магией земли, увы, не владею, но её знает сразу несколько магов работающих в каменоломне, что тут недалече, а силушкой телесной не обделил меня Господь. Тут семь тысяч шагов всего лишь в одну сторону, недалеко надгробия или саркофаги тащить.

Да и долото зачарованное мне как-то один гном подарил, чтобы надписи наносить сподручней было.

– А если я прямо сюда кусок скалы притащу, поможете его обработать? Мы же никому не помешаем, заняв для Анны сразу пару участков? – Уточнил чародей, и получив утвердительный ответ на оба вопроса, направился в сторону корабля. Может каменоломня действительно располагалась недалеко, но совершать подвиг духа и тела, таща на себе огромный валун, Олег не собирался.

Тем более, ему требовался камешек несколько больших размеров, чем обычно ставили в качестве надгробия.

Два часа спустя стальной комиссар обрела свое последнее пристанище под каменным кубом с длиной и высотой каждой грани ровно в три метра. Во всяком случае, так утверждал работавший при карьере геомант, который создал это надгробие на глаз, без каких-либо инструментов. Впрочем, глаз у него был явно наметанный, а если в пропорции и вкралась небольшая ошибка, то была она совсем несущественной.

Передвинуть такой вес без помощи магии или лебедки не взялся бы ни один гробокопатель. Правда, оставалась еще возможность того, что они попробуют сбоку подрыться…Но Олег и на этот случай принял меры. Каждую сторону надгробия украшала абсолютно одинаковая надпись, выбитая в камне большими широкими буквами, которые будет очень долго стирать время. Причем на трех языках: русском, английском и китайском.

Здесь покоится автоматрон Анна, бывшая верным другом, мудрой женщиной и храбрым комиссаром тяжелой морской пехоты. Ты честно служила стране, что дала тебе жизнь и не изменила своих идеалов даже после её падения. Не склонявшаяся ни перед кем и ни перед чем, ты пала от удара врага, который мог бы убить и архимага. Прощай, солдат переживший свое отечество, нам всем будет очень тебя не хватать.

Р.С.