Строитель руин

– Лети-лети, стрекоза, – проводил я взглядом быстро удаляющуюся в небе фигуру, постепенно теряющую свои очертания и сливающуюся в точку. Преследовать ее не было никакой возможности, я в своей многослойной скорлупе и обычных-то людей могу в лесу пытаться поймать лишь с великим трудом и то исключительно благодаря увеличению физических кондиций, даруемому живым артефактом своему владельцу. Но за его помощь придется расплачиваться, а жрать людей неохота. И обоза с провиантом, как приемлемой альтернативы парочке жертв под рукой, нету.

Чародейка же наверняка удерет в низших слоях атмосферы достаточно далеко, чтобы ее и самый лучший следопыт выследить не смог. – ПВО на тебя нет… Надо бы какое-нибудь сообразить при случае.

Судя по прекратившемуся лязгу железа на дороге, битва там уже закончилось, а значит, надо поспешить захватить пленных, пока их всех сгоряча не дорезали. А то кого графиня и король будут выставлять на суде против своих недругов как исполнителей преступления и свидетелей личности заказчика? Подставные фигуры не подойдут, магия, позволяющая заменить детектор лжи, хоть и сложна, но ради такого дела применена будет.

Мои опасения частью подтвердились, а частью не оправдались. Солдаты под предводительством десятника Грофона действительно дорезали своих врагов с истинно армейской четкостью. Но не забыли взять несколько пленных, одного из которых уже в прямом смысле слова разделывал четвертьорк, добиваясь у медленно, но верно превращаемого в воющий от боли кусок мяса ответов на свои вопросы.

Остальных спрашивали примерно о том же другие бойцы, правда, используя менее жесткие аргументы, оставляющие источники информации живыми и даже относительно невредимыми для дальнейших следственных мероприятий, завершающихся, вне сомнений, показательной казнью. Что ж, оставлю палаческое ремесло тому, кто хочет им заниматься, а сам лучше сосредоточусь на раненых, вокруг которых хлопочет штатный лекарь отряда, бывший до попадания в вооруженные силы королевства учеником травника.

– Каковы потери? – Я склонился над ближайшим телом, лежащим, судя по всему, с пробитым легким, и несколько щупалец живого артефакта, вновь выползшие из бойниц, накрыли его рану своей студенистой бледно-розовой полупрозрачной плотью. Вот только сейчас порождение темной магии, в отличие от своих обычных действий, не брало, а отдавало, ставя на пробитый орган заплатку, позволяющую ему функционировать и ускоренно регенерировать.