Боги на заре времен. Юмористическая фантастика

– Ну и на кой он тебе? – поинтересовалась Охотница, прикидывая, стоит ли шандарахнуть чем-нибудь помощнее.

– А мне, знаешь ли, надоело то тут, то там вылавливать засланцев Зевса по всей планете. Вот я и попросила своих техников разобраться в этом вопросе. Замечательная штуковина получилась. Всю прибывающую из «ничто» биомассу куб засасывает в себя. Тут же идет гипнотическая обработка шпиона, считывается информация памяти и внушается любовь к нашему образу жизни. Впрочем, подавляющему большинству внушение даже не требуется.

– А что так? – Охотница продолжала накапливать энергию в точке солнечного сплетения.

– Наша машина в тупике. Ты блокируешь все попытки проникнуть в твою башку. Как ты это делаешь?

– Не знаю, само получается, – Артемида пожала плечами. – И долго мне еще находится на этом вашем карантине?

– Ну-у… – голос слегка замялся, – наверное, пока наши ученые мужи не разберутся в причинах твоей «анормальности».

– Ну вот уж фиг! – выдохнула Охотница и ударила изо всех сил гравитационной волной.

Прозрачная стена лопнула, как бумажный куль и образовала внушительный проход. Охотница вышла наружу, вибрируя от потоков накопленной энергии. Афродита сидела в кресле-самолете, вися метрах в десяти над землей.

«А всё-таки развитие техники у них на очень высоком уровне», – мелькнула мысль у Артемиды, когда она поднималась к верховной богине Венеры естественным путем, то есть за счет левитации тела.

Афродита царственно развалилась в кресле, закинув ногу на ногу. Она была одета в свое излюбленное полупрозрачное платье, полностью оголяющее правую грудь.

– Ну вот, – удрученно вздохнула Афродита, – испортила такую замечательную вещь.

– А не надо было эксперименты надо мной ставить, – буркнула Артемида, зависая перед ней со скрещенными на груди руками.

По сравнению с нежной и мягкой богиней планеты любви, Артемида выглядела чуть ли не суровым воином. И все же мускулистое, гибкое тело ее, затянутое в черную тонкую кожу, отчетливо прорисовывалось в каждом нужном месте и не давало повода усомниться в ее принадлежности к женскому полу.

– А ладно, починят, – махнула рукой Афродита. И тут же позвала: – Гефе-е-ест!

На лужайку через секунду в конструкции, напоминающей блюдце, влетел молодой симпатичный мужчина в легкой белоснежной тоге.

– Слушаю, моя возлюбленная богиня, – он слегка поклонился, бросив любопытный взгляд на охотницу.